— Просто Дима. Как пожелаете. Вам известно такое имя, как Хан?

— Да.

Я ответил односложно, потому что это имя действительно было мне прекрасно известно от моих мертвых «последователей» как выразился Просто-Дима. И виделся им этот Хан ни кем иным, а полноценным королем криминальной Москвы, основателем пресловутой Золотой Десятки (моими стараниями теперь уже Девятки) и просто невероятно богатым и влиятельным человеком.

— Прекрасно, это сэкономит нам кучу времени. Так вот, Сергей, Хан предлагает вам поработать на него.

— Что предлагает? — Мне показалось, или я ослышался?

— Вы все верно поняли, Хан вам предлагает работать на него. И он дает слово, если вы согласитесь, то никакому посягательству на вашу жизнь более не позволит случиться.

— А если откажусь?

— Начнется охота. — Просто-Дима пожал плечами, будто речь шла о чем-то несущественном. — Охота за вашей головой, Сергей.

— Хм… спасибо за откровенность, конечно, но зачем я ему понадобился?

— О, Хан разглядел в вас огромный потенциал. А он, можете поверить моему опыту, кадрами разбрасываться не привык. То, как вы уверенно щелкнули по носу людям Штыря, а потом и самому ему в суде, как вы таинственно сбежали от него позже, бесследно исчезнув вместе с его подчиненным, то как заставили безвестно исчезнуть пятнадцати ребят, отправленных по вашу душу, делает вас невероятно занятной личностью. И как бы вы это не сделали, Хан умеет отдавать должное своим соперникам, но еще больше он умеет ценить профессионализм и верность. Так что в вас он увидел прекрасного кандидата на вступление в ряды его личной гвардии.

И я реально задумался. Личная гвардия? Это значит, где-то рядом, возле него. То есть, фактически, я могу одним точным импульсом Силы обезглавить Золотую Десятку или, что еще лучше, уничтожить изнутри, сделав их лидера своей марионеткой.

— А скажи мне, Дима, с чего вообще Хан на меня взъелся? Неужели Штырю была нанесена такая смертельная обида, тем более что его люди первые на меня напали, чтобы из-за этой мелочи начинать на меня охоту?

Мой собеседник слегка изогнул бровь, словно показывая, что не совсем понял шутку. А обнаружив, что я абсолютно серьезен, недоверчиво покачал головой.

— Вы знаете, Сергей, хоть я и весьма далек от криминала… да, не удивляйтесь, я просто посыльный, который отрабатывает перед Ханом старый долг, но и то в курсе этой истории. Вся эта «обида», как вы выразились, это лишь повод, простой стимул, который должен был позволить Штырю стараться лучше в деле вашего, простите, устранения.

Перед глазами мелькнули воспоминания полутемного подвала, наручники на запястьях, битое стекло и плесневелые стены…