— Нет, ну ты меня прям за полного дебила не держи, — открестился полицейский от такого предположения, — это же официальные документы! Меня б за такое вые… а, неважно. В общем, я просто указывал, что мол, в ходе проведения оперативно розыскных мероприятий, следствию помогал такой-то такойтович, или что версия, выдвинутая тем-то и тем-то, подтвердилась в части такой-то и такой-то. Никакой конкретики, и уж тем более никакой мистики.
— Вот и прекрасно. Поэтому, с этой стороны я не жду подвоха.
— Но подозрения-то все равно могут возникнуть у кого не надо.
— Подозрения у них уже возникли. — Припечатал я. — Главное, чтоб у них не было еще и фактов.
С этим Дамир согласиться просто не мог.
Мы с Галиуллиным проговорили еще около часа, обсуждая различные варианты дальнейшего развития событий, да прикидывая пути решения возможных проблем. Потом немного поддались ностальгии, потрепавшись о былых годах, вспоминая нашу совместную работу в девяностые годы прошлого уже тысячелетия. Смущенный и постоянно винящийся Дамир раз десять предлагал«любую, какая только может понадобиться» помощь, а я за каждый раз сердечно его поблагодарил и обещал обратиться при случае.
Разошлись мы уже вечером, когда я влил в себя в общей сложности литра два Колы, а Галиуллин три пинты пива. Распрощавшись, Дамир поплелся к ближайшему метро, не рискнув садиться за руль в подпитии, а я потопал к своему спорт-кару, собираясь упрямо штурмовать ужасные вечерние пробки.
Глава 4
Следующая неделя прошла вполне спокойно, мне никто не звонил, в двери никто не ломился, да и вообще никаким другим образом не пытался меня найти. Только тихонько брякнула СМС от Лунина, который скинул номер умельца, способного быстро и качественно переделать мой Taururs под стрельбу боевыми патронами.
Позвонив ему, я быстро договорился о встрече в глухом и безлюдном месте. Опасаясь подставы, я распихал по карманам чуть ли не целый арсенал всевозможных средств самообороны, от перцового спрея до однозарядного «Тазера». Травматических стволов, которых у меня было, навскидку, штук пятнадцать всевозможных видов, а с собой взял два, заряженных самыми жесткими из разрешенных законом патронов. Береженого бог бережет, как говориться.
Но все меры предосторожности оказались напрасны. В условленное время ко мне в машину прыгнул какой-то молодой пацанёнок, продемонстрировал крайне раскуроченный и потрёпанный телефон с текстовым сообщением, которое я получил за пару часов до встречи, чтобы подтвердить свою личность, забрал мой верный Taururs, и был таков. Обратно я его получил вечером того же дня в совершенно ином, но не менее глухом местечке. В барабане уже было заряжено пять боевых патронов. «Подарок фирмы» — как пояснил все тот же молодой товарищ, одарив меня щербатой ухмылкой.