В конце концов, она позволила произвести над собой и ребятенком какие-то манипуляции, и все в отряде успокоились, поняв, что я не соврал. Это действительно были самые обычные люди. Живые и перепуганные.

— Вы говорите по-английски? — Спросил командир группы у незнакомки.

— Английский? Плохо. Говорить плохо. — Акцент у нее действительно оказался просто ужасным. Я едва разбирал слова, которые она произносила, но у военного, похоже, проблем с коммуникацией никаких не возникло.

— Вы можете нам рассказать, что здесь происходит?

— Вы… кто? — Осведомилась женщина, начав с подозрением осматривать экипировку без единого опознавательного знака. — Не Италия. Вы не Италия.

— Да, мы не итальянцы, — подтвердил очевидное наш переговорщик, — мы солдаты другой страны. Союзники.

— Но почему нас не спасает Италия? Il nostro paese si è dimenticato di noi?!

— Говорите по-английски, иначе мы не сможем понять вас. Вы можете рассказать, что здесь происходит? Где все люди, почему нет связи и электричества?

— Электричество… — глупо повторила незнакомка, по-видимому не поняв большинство вопросов. — Электричество нет. Давно, больше двух неделя.

— А связь? — Солдат растопырил мизинец и большой палец, приложив руку к лицу на манер телефонной трубки, чтобы девушка могла понять, о чем он спрашивает.

— Телефон нет работать. — Покачала головой та в ответ. — Тоже давно, даже больше, чем электричество.

— Вы знаете, где все люди? Куда исчезли горожане?

— Люди… люди измениться. Они хватать других abitante и куда-то тащить. Мы прятаться. Мой муж… защищал нас несколько дней, но он тоже схватился. С тех пор тут только я и мой bambino. Пожалуйста, помогите нам. Уйти. Нужно быстро уйти отсюда!

Бойцы переглянулись между собой, опуская оружие. Они убедились, что здешние обитатели неопасны, и сами скорее нуждаются в помощи.

— Что думаете, мужики?

— Хреново дело… пока что все слова этого упыря подтверждаются.

— Я вообще-то все слышу, — недовольно отозвался я из угла комнаты.

— А-э-э… — боец, не ожидавший что у меня такой острый слух, стушевался. — Это я так, к слову.

— Значит так, синьора, — вперед снова выступил командир, который владел английским почти идеально, — мы вернемся за вами через два-три дня, вам ясно? — Он показал поочередно два и три пальца. — Два или три дня! Будьте готовы покинуть город вместе с нами!

— О, mio salvatore! Спасибо! Спасибо! Я понимать! Мы ждать вас! Боже, храни вас!

Девушка с такой пылкой благодарностью кинулась к солдату, что тот едва успевал отбиваться даже от ее одной руки, так как второй она держала притихшего пацаненка. Незнакомка хватала его за пальцы и все норовила расцеловать облаченные в перчатки ладони, и я почти наяву увидел, как пунцовеет командир.