–[2] .

Дуров единолично управляет своим глобальным проектом – Telegram, мессенджером, который действует как медиаплатформа. И это, пожалуй, самая скандальная платформа в мире. Во-первых, потому, что она модерируется не строго и любой, кто хочет спрятаться от всевидящего ока государства, приходит сюда. А во-вторых, потому, что она едва не изменила существующую финансовую систему, остановившись в одном шаге от легализации своей криптовалюты в США и во всем мире.

Знаменитый способностью распознавать интернет-звезд Юрий Мильнер, который вложился в Facebook, Twitter, Airbnb, Snap, Spotify, Alibaba, JD и другие компании, называл Telegram единственным мощным прорывом стартапа из России на мировой уровень.

Но если вы спросите в Европе и Северной Америке у совершеннолетней персоны, с чем ассоциируется Telegram, то большинство читателей периодики и телезрителей выдадут примерно один ряд: Путин, даркнет, КГБ, раздолье для ультраправых, ковид-отрицателей, драгдилеров, террористов и других преступников. Те же, кто судит о Telegram самостоятельно, займут более нюансированную позицию.

Мы никогда не были друзьями и в переписке всегда использовали уважительное «Вы». Дистанция, необходимая для отношений автора и героя, не нарушалась никогда. Последние лет шесть мы не так часто обменивались сообщениями. Это было связано с тем, что мой писательский фокус сместился на истории, имевшие место в прошлом и проступающие, как призраки, в настоящем. Таковы мои романы «Восстание» (о жизни вдохновителя восстания политических заключенных в СССР) и «Ночь, когда мы исчезли» (о трех выдающихся апатридах, то есть людях без гражданства). Кроме этого, я успел поучиться политической философии и принять участие в антивоенных активистских проектах, которые появились после того, как —[3] захлестнула новая волна беженцев.

Но, так или иначе, все эти годы я следил за происходящим с Telegram, и, когда 24 августа 2024 года, в мой день рождения, мне целые сутки звонили не друзья, а журналисты, на разных языках требующие объяснить, почему Дурова арестовали в Париже, я ничему не удивлялся. Герой «Кода» превратился в бунтаря глобального масштаба, и его история приобрела совсем другой поворот.

•••

За годы, прошедшие с момента выхода первой части этой книги, мир изменился, причем радикально. Романтические десятые с мечтами о прогрессе, который неумолимо ведет к снижению насилия, сменились разочарованием двадцатых. Вспыхнуло сразу несколько войн. Катком по психике прошлась пандемия ковида, вызвавшая бегство из офисов на удаленную работу. Миграция из стран Средней Азии и Африки в Европу и из Латинской Америки в США привела к всплеску ксенофобии.