— Ещё мой прадед расстарался, — с ностальгией похвастал профессор. — Деревня в то время процветала, семья была в числе зажиточных. Это потом барон Мазин, хозяин этих земель, разорился и работы не стало. Кто своё хозяйство держал, кто в город подался… Вымерла деревня. А дом остался. Ну, как тебе?

— Роскошно, — призналась честно, даже не кривя душой. — Прибраться только, да вещи перевезти…

— Да, прибраться не помешает, — крякнул профессор, как и я периодически морщась от затхлого запаха. — Давай покажу, как генератор завести и водопровод проверить, чтоб чистая и теплая вода шла…

Не став отказываться, хотя и сама могла спокойно во всем разобраться, тем не менее прибиралась преимущественно сама, отправив профессора на улицу — косить траву, вымахавшую в человеческий рост.

Сама же, вытащив матрасы с подушками и белье на солнце, а под конец и мебель, чтобы не мешалась, отдраила все окна и полы, перемыла всю посуду, перебрала в шкафах старую вонючую одежду, большая часть которой пришла в негодность, но тот же тулуп можно было бросить Локи в качестве подстилки, да и дождевик был добротным, целым. Валенки на зиму, болотники для рыбалки… Остальное на помойку. Кстати, где она тут?

Выйдя на улицу и с одобрением констатируя, что видно уже не только двухметровую лебеду, но и участок, баньку, покосившийся сарай, хлев и стайку, а еще пяток условно плодово-ягодных кустов и деревьев, нашла взглядом отдыхающего в теньке профессора и, взяв у него пару уроков по тому, как не убиться косой, продолжила борьбу с сорняками.

Пара часов — и можно ходить по участку без опаски упасть в жаркие объятия крапивы и заблудиться в лебеде.

Ещё полчаса делов — и готова свежая помойная яма, куда я убрала скошенную траву, а старую одежду связала в тюки и пока отнесла в сарай, чтобы выкинуть при случае на городскую свалку. Тут её не было, надо было ехать либо в Сергиев Посад, либо вовсе возвращаться в Мытищи.

Лишние кровати я тоже пока убрала в сарай, благо места там хватало, а крыша была целой, можно не переживать за протечки. Под конец уделила внимание погребу, вынеся оттуда несколько ящиков мумифицированных овощей и пару десятков банок с неизвестным содержимым. Думаю, на заре времен это были соленья-варенья, но время их не пощадило и даже профессор не рискнул вскрывать банки и снимать пробу. Овощи на помойку, банки в сарай…

Всё! Устала.

Больше всего радовался переезду Локи, быстро освоившись на участке и гоняя по нему кузнечиков и ящериц, но к обеду тоже умаялся и, получив от меня кусок курятины, завалился на тулуп, который я бросила на веранде.