помеху, чем на объект. Но контуры проступали: угловатые, сломанные, без намека на изящество или высокие технологии. Глубокие вмятины, рваные края, предполагаемые следы коррозии, наложенные на темный, неотражающий фон. Описание объекта на экране: Форма: Бесформенная глыба. Ни крыльев, ни антенн, ни корпуса корабля. Скорее, искореженный, оплавленный кусок металла, как обломок после мощного взрыва. Поверхность: Темная, почти черная. Никакого намека на цветные панели или иллюминаторы. Лишь хаотичные светлые пятна там, где лидар интерпретировал возможные сколы или менее корродированные участки. Явные глубокие кратеры — следы микрометеоритов, бороздящие поверхность. Детали: Один выступ, похожий на искривленную трубу или сломанную ферму. Несколько угловатых выступов, которые могли быть креплениями чего-то давно оторванного. Ничего, что говорило бы о двигателях, системах навигации или жизни. Абсолютный космический мусор. Высокотехнологичный артефакт так выглядеть не мог. По крайней мере, в их представлении. Волков фыркнул. Звук был громким, снисходительным, почти презрительным в тишине зала. — И это… чудо техники… — он протянул руку, тыча указательным пальцем прямо в центр экрана, в самое скопление точек, — держало в напряжении наш патруль целых восемьдесят минут? На что «Альфа-7» гидразин жег? На этот кусок ржавого хлама? Он обернулся к Косте, его брови были высоко подняты в немом вопросе, полном цинизма. Костя нахмурился. Данные о маневрировании спутника не давали ему покоя. — Геннадий Петрович, данные телеметрии «Альфа-7» четко показывают серию корректирующих импульсов. Расход гидразина соответствует активному удержанию объекта в поле зрения. Объект либо маневрировал сам, либо… — Либо сенсоры глючили! — Волков перебил его резко, но уже без прежней ярости. В его голосе звучала навязчивая уверенность. — Старье! Глючит! Или его толкал микрометеоритный поток, который датчики Альфы не смогли адекватно обработать! Смотри! — он снова ткнул пальцем в экран, в область одного из выступов. — Видишь этот угол? Похоже на старый советский блок коррекции орбиты от «Прогресса-М»! Я такие в учебниках видал! А этот выступ? — палец переместился к «трубе». — Топливная магистраль! Обломанная! Смотри на крепления — типичные совдеповские заклепки! Волков говорил с возрастающим жаром, вкладывая в размытое изображение то, что он отчаянно хотел увидеть. Его лицо оживилось, в глазах горел не научный интерес, а дикое, облегчающее узнавание. Это был не НРО. Это был мусор. Знакомый, человеческий,