Тем самым император всегда поднимал свой рейтинг и репутацию в глазах людей. Но стоило ли так же поступить в этот раз?

— Мы не будем возмещать личные потери, — скрепя сердце ответил Вильгельм Адальберт фон Гогенберг.

Он имел в виду транспорт, затопленные помещения для ведения бизнеса, уничтоженные товары и квартиры. Они восстановят только внешний лоск города, и этого будет достаточно.

— А теперь скажите мне точнее, сколько тонн оружия затопило? — обратился император к графу фон Людендорфу.

— Потери колоссальные, Ваше Императорское Величество. Только утилизация займет несколько лет, — помотал он головой, так и не назвав точных цифр. — Что будем делать?

— Не нужно ничего утилизировать. Раз Российская империя решила с нами так поступить, — а Вильгельм Адальберт фон Гогенберг считал, что с Германией поступили нечестно. То, что он наслал проклятье вечной зимы — не считается. Ведь имперцы вполне спокойно живут в этих экстремальных условиях. — Мы им вернем все бомбы и снаряды. Все, что представляет опасность. Сегодня вечером.

Отдав указание, император Германии отправился на тайные хранилища, которые располагались под дворцом. Только они и не пострадали. А потому пора достать кое-что для мести!

* * *

Армия северян подошла к владениям Эльбрука, но без снабжения им было уже не так весело. А еще их вьюгой накрыло! Вот и сидят голодные и замерзшие в своем лагере в полной печали.

А буря вышла настолько мощной, что сейчас даже мои войска толком не могли действовать. Но это дает нам некоторый шанс на другое сражение. На том направлении, куда я и отправил отряды аристократов в качестве подкрепления.

Туда вьюга не дошла. Ведь Одарённый направлял ее специально на армию Великого Северного Союза.

Сейчас в том городке вовсю шли бои. С одной стороны, можно было отправить еще подкрепление, но нам нужны люди и для сражения с основными силами. Причем нужно, чтобы они успели отдохнуть, пока там метет вьюга.

Однако враг там явно не ожидал такого сопротивления и несет колоссальные потери. Ох и удивительные же вещи сейчас там творятся.

От этих мыслей меня отвлек телефонный звонок. Маргарет. Поэтому я решил выйти из общей гостиной, где находился вместе с Эльбруками.

— Рада тебя слышать, — проговорила Маргарет в трубку, но ее голос был взволнованным.

— Что-то случилось? — сразу уточнил я.

— Германия снова активизировалась на моих границах и начинает наступление, — сообщила она. — Но я справляюсь.

— Хорошо, — ответил я, а про себя отметил, что за этим нужно будет проследить. Чувствую, близится время для нового хода. Германцы не усвоили урок.