— Назначьте встречу на три часа дня. Позовите все телеканалы, — отдала она четкое распоряжение.

— Есть еще кое-что, — помощник протянул цесаревне планшет. — Вы просили выяснить настроение народа. Оно на удивление хорошее.

Чем дальше Анастасия Романова читала сводку аналитиков, тем больше округлялись ее глаза. Она не скрывала своего удивления. Все происходило с точности до наоборот ее планам.

Выходила странная ситуация. Во дворце готовились к народному бунту: подготовили людей из службы безопасности, выкатили в столицу военную технику, подготоворили значимых лиц империи для успокоения народа…

— В смысле они довольны? — спросила Анастасия Романова, словно не верила предоставленным сведениям.

— Аналитики нашли этому объяснение. Все это время империю пытались унизить. На нас нападали. А теперь напали мы, значит, и мы чего-то можем. Люди этим гордятся. По их мнению это означает, что дела в стране не так плачевны, как раньше.

— Но цифры слишком высокие.

— Есть те, кто переживают о последствиях. Однако император Дмитрий Романов обо всем позаботился. Вот, смотрите, как выходит.

Помощник взял планшет цесаревны и открыл на нем расписание одного из государственных каналов.

— Он заранее договорился с репортерами и создал телеканал, в котором освещали политическую обстановку в империи и во всем мире. Там были обширные репортажи о разных странах, в том числе и о Германской империи.

Анастасия Романова кивнула. Значит, большинство граждан понимают, что Германская империя готовилась напасть на нас. Это хорошо.

— Почему сразу не доложили об этом? — прищурилась Анастасия Романова.

Она тут нервы себе все измотала, а оказалось… что повода для переживаний нет! Вот не могли сразу сказать!

— Мы посчитали это незначительным, — пожал плечами помощник.

— Ты что тупой? — прокричала Анастасия Романова. — О таких вещах надо докладывать сразу.

Она замахнулась планшетом. Помощник инстинктивно прикрыл лицо.

Но девушка выдохнула. И опустила руку. Она никогда не била подчиненных и не собиралась начинать.

Вместо того, чтобы продолжать злиться, Анастасия Романова выровняла дыхание и подошла к окну, откуда открывался вид на зимнюю столицу империи.

Обычно происходит ровно наоборот. Все политики успокаивают народ, говоря что Российская империя сильная и мощная страна. Что она со всем справится. Со всеми захватчиками!

Брат Анастасии говорит точно наоборот. Если в стране задница, то он прямо об этом скажет народу. Такая у него политика: правда и ничего кроме правды.

Но Анастасия Романова знала, что и правдой можно манипулировать, подавая ее дозированно. Впрочем, даже этим способом император не злоупотреблял.