Вот значит как? Хорошо, я приму эту битву.
— Острожнее с этим. Мы взлетаем, а командир предупреждал что будет трясти.
В подтверждение моих слов, самолёт подпрыгнул, но не смог сразу подняться в небо, поэтому нас ощутимо приложило, когда он плюхнулся обратно на взлётку.
На несколько минут стало не разговоров. Шум двигателей пробивался даже сквозь слои звукоизоляции, а к нему добавилась сильная вибрация, пока мы набирали высоту.
Когда всё относительно успокоилось, по внутренней связи поступило объявление, что пассажирам можно покинуть кресло и отвязываться от койки.
— Ой, а мы уже всё?
— Всё, это когда приземлимся. А пока только взлетели.
— Всё равно, это было очень срашно. Я на самом деле очень боюсь летать.
— Отправились бы на поезде. Пусть чуть менее быстро, зато надёжнее.
— Нет, на поезде никак нельзя. Чудо, что вообще нашёлся этот самолёт. Больше рейсов на Иркутск нет и не предвидится.
Я хотел было что-нибудь ответить девушке, как по той же внутренней связи пришло сообщение.
— Внимание. Боевая тревога. Всем занять места согласно расписания. Повторяю. Боевая тревога…
Глава 21
— Лучше пристегнитесь. — посоветовал я девушке, которая порывалась вскочить и сбежать.
— Но…
— Это военный самолёт. Ваши действия мало того, что помешают экипажу, так ещё и за диверсию принять могут. Лучше сядьте.
Вторя моим словам, самолёт ощутимо тряхнуло. Карина рухнула обратно в кресло, громко лязгнув зубами. Хорошо хоть язык не откусила. После такого жёского усаживания, попыток вскочить она больше не предпринимала и слава всем богам. Потому что дальше нас начало трясти так, как не трясло во время взлёта.
Такое впечатление, что пилоты решили выписать пару фигур высшего пилотажа. Только, они, видимо, подзабыли, что управляют огромной махиной транспортника а не истребителем. На очередном вираже я проводил взглядом плохо закреплённый саквояж своей соседки, сорвавшийся с полки и пролетевший по параболе до противоположной стены. К счастью, он оказался достаточно крепким и не порадовал нас видом своего содержимого. Пришлось наколдовывать лишнюю конечность, чтобы он ненароком не прилетел хозяйке по голове — в отличие от меня, Хабибулина доспехом прикрыться не могла. Поэтому подобное столкновение стало бы фатальным. Для неё. Не то чтобы я был против такой симпатичной мертвячки, но проводить достаточно сложный ритуал в таких условиях совершенно невозможно, а простое поднятие меня не устраивало сразу по нескольким причинам. В первую очередь, мне было интересно, с какой целью она так рвалась в Иркутск, что даже до Тайной Канцелярии добралась. Нет, был вариант, что это они её отправили, но в таком случае, мотивация явно была бы куда меньше. Скорее всего, в таком случае, девушка подождала бы следующий рейс или, в крайнем случае, уехала бы на почтовом экспрессе. Эти железнодорожные монстры могли перемещаться не намного медленнее самолётов. Другое дело, что попасть на него не так уж просто — на военный самолёт попасть было куда как проще.