— Аркадий, можешь подарить мне Бусю?

— Бусю?

— Ну, собачку эту.

— А-а-а, гончую? Да без проблем. Только она у тебя долго не протянет. Имей ввиду.

— А почему? — расстроилась девушка.

— Энергетика несовместимая. От твоего Света она развоплотится. А как конвертировать Свет в Тьму, я не знаю. Да и не представляю во что она может превратится под воздействием чистой Тьмы.

— И что, совсем без вариантов?

— Почему же? Её могу подзаряжать я. Иногда. Ещё можно давать ёй охотиться. Тоже неплохо продлевает нежизнь.

— А на кого?

— Лучше всего на людей. — пожал плечами я, за что получил полный уничижения взгляд.

— Нет, Буся не будет кушать людей. Правда Буся? — начала сюсюкать с гончей Карина.

Химера недоумённо посмотрела сперва на неё — дескать, хозяйка, ты в своём уме? Потом на меня — ну хоть ты образумь несчастную. На что я только пожал плечами. Хозяин — барин. Не хочет кормить, значит не будет. Будет боевая химера большой костяной собакой. На серьёзный бой ей не хватит энергии. Впрочем, иного Хабибулиной явно и не надо. Не гадящая собака, которую не надо выгуливать — сказка а не питомец. Почти как кошка.

Чем дальше в лес, тем толще партизаны. Не знаю кто сказал, но высказывание было весьма уместно — звёзды стали попадаться всё чаще, исправно пополняя мой некро-парк новыми гончими. Делать что-то другое я не хотел в силу того, что это банально дольше и энергии уходит больше. А так, костяные собаки были достаточно универсальными боевыми единицами. Разве что не летали. В конце концов плотность засидки стала такой, что мертвецы стали попадаться один за другим. Уже стало непонятно кто где и из какого отряда. Не то чтобы это было для меня важно — просто хотелось большего порядка.

Очевидно, что такая плотность войск была не просто так. Впереди стал виднеться ствол исполина, который разительно отличался от всех остальных. Во первых, размером — в окружность ствола можно уместить небольшой, но форт Инферно. Во вторых, дерево было мертво. Причём не просто мертво, а буквально источало некротику.

— Проклятый мелорн. Пожри меня гниль. Это же легенда.

— Легенды не бросаются на людей. — заметила Карина, с азартом посылавшая лучи «добра» в черепушки дохлым эльфам. Они не выдерживали переизбытка пользы и падали с дымящимися дырами в головах на землю. И всё это не слезая с лося.

Я же предпочёл биться пешим. Благо доспех позволял и не такое. Тех немногих, кто пробивался к нам, я охаживал здоровенным молотом. Одинаково хорошо крушившим черепа, руки, ноги и рёбра непокорных скелетиков. Они весело разлетались фонтаном костяных осколков. Особым шиком было запустить сбитой черепушкой в сторону штурмующих врагов. Кого-то даже пришибло. Как плохо, что у нежити нет морального духа. Сейчас он бы здорово просел.