— Ученик. С этого момента мне нечему больше тебя обучать. Дальше будешь набираться знаний сам. — с торжественной миной на лице заявил я ему.

Удивление на лице Морозова сменилось недоверием, а после и вовсе подозрительностью. Тем временем, наши Кодексы проявились в реальности и между ними произошёл некий обмен. Даже мне не было понятно что происходит, но это определённо было нам на пользу.

— Наставник… Аркадий, как это понимать?

— По уму, надо было объявить об этом когда ты нашёл свою специализацию. С того момента мне действительно больше нечему тебя учить. У тебя свой путь развития и я тебе на нём не смогу помочь.

— Ну хоть советом поможешь, если что?

— О, уж чего, а советов у меня предостаточно. — осклабился, я. — Тебе ещё надоест их выслушивать.

— Поживём увидим. Дальше я сам?

— Да, мне надо вернуться. У нас слишком много врагов и не скажешь даже кто из них опаснее.

— Тогда, удачи тебе. Надеюсь ещё свидимся. — мы крепко обнялись, а потом разошлись в разные стороны.

Митрофан командовать дальнейшим наступлением, пока армии европейцев не успели организоваться для контратаки, а я прыгнул в Шарика и наказал мчать домой.

Обратный путь был затруднён многочисленными беженцами, заполонившими дороги. И это были не только простолюдины. Два кортежа мелкопоместных дворянчиков не смогли поделить дорогу и устроили многокилометровую пробку из-за какого-то, по моему мнению, пустяка. Они никак не могли решить, чья головная машина должна проехать перекрёсток первой. С трудом объехав их по обочине я решил немного похулиганить. Остановившись прямо возле спорщиков, опустил окно и крикнул им.

— Эй, бараны, пока вы тут будете стоять, я уже доеду до Питера и отжарю там ваших подружек.

Да, это было очень грубо. Даже неприлично. Практически за гранью. Зато эти два барана перестали выяснять у кого длиннее и толще… родословная, и обратили внимание на меня.

А я с улюлюканьем помчался дальше по практически пустому шоссе. Эти двое собрали действительно большую пробку, полностью перекрыв движение в этом направлении. Специально не стал гнать, поэтому через две минуты увидел в зеркале стремительно нагоняющие меня автомобили. Здоровенные, чёрные. Полувоенные модели Ульяновцев выглядели грозно. А с замерцавшей плёнкой щита, ещё грознее — ускоренные магией эти тяжёлые машины могли без особых проблем таранить лёгкие укрепления. Нетрудно догадаться, что станет с обычной машиной, когда в неё влетят два таких болида.

Только я ехал далеко не на обычной и уже не такой уж и машине. Шарик как почувствовал, что ему грозят неприятностями и сперва было ускорился, но потом наоборот, притормозил по моей команде, чтобы преследователи догнали побыстрее. Заметив, что я замедлился, водители ульяновцев наоборот только прибавили газу, выжимая из машин все соки. Даже магические щиты спереди укрепили так, что они засветились от избытка энергии. Похоже ребята уже предвкушали как размажут меня тонким слоем по асфальту. Чтож, не буду их разочаровывать раньше времени. Пускай насладятся моментом триумфа. Потом больнее будет осознать собственное фиаско.