Возница сперва понял его неправильно, осторожно заметив:

— Так зачем так далеко? Клозеты, чай, и на аэровокзале есть.

— Вези, куда сказано! — коротко рыкнул Джованни, когда с трудом разобрал смысл фразы.

Тот больше инициативы не проявлял, выполняя безукоризненно все требования нанимателя, справедливо считая, что присказку «Молчание — золото!» явно придумали возницы, ведь чем меньше слов скажешь поперёк, тем больше заработаешь.

Куда его привезли, Джованни даже не спрашивал. Он вышел из экипажа и свернул в ближайший же переулок, загаженный отбросами из ближайшей подвальной забегаловки.

«То, что нужно! — обрадовался маг смерти. — Ждём!»

Ждать пришлось недолго, Джованни даже не успел прогулочным шагом пройтись до конца переулка, как ему с двух сторон уже перекрыли выходы.

— Мы привештвуем, што гошподин хороший решил жанятьшя благотворительноштью! — зашепелявил громила, держащий в руках махонький огненный шар для устрашения своей жертвы.

— Господин голоден, — обрадованно улыбнулся Джованни. Он и не рассчитывал найти в этой дыре кого-то одарённого. — И ты будешь моим завтраком!

Улыбка жертвы громиле не понравилась, но сделать он уже ничего не успел. Господин исчез, растворившись в полумраке переулка, а дальше свет померк в глазах громилы, и жизнь покинула его, подпитывая одного безумно голодного мага смерти.

Остальные разбойники попробовали наброситься скопом на переставшую быть беззащитной жертву, но та снова растворилась в тенях, а через несколько секунд на грязную мостовую упало ещё одно выпитое безжизненное тело.

Этого хватило, чтобы все остальные грабители разбежались в разные стороны, словно крысы из-под мусорного контейнера.

Джованни не стал их догонять. Двух жизней ему вполне хватило, чтобы вновь чувствовать себя живым и сытым. Дальше началась рутинная работа. Сняв номер в гостинице, маг приступил к сбору информации о своей цели. В ход пошли библиотеки, газеты и даже официальные гербовые справочники родов.

В газетах писали разное. Во что-то совершенно не верилось, как, например, в одиночное закрытие прорывов изнанки шестого уровня, а вот в заметку о получении графского титула верилось гораздо больше. Катание на дирижабле, реки игристых и не только напитков, фейерверки над северной столицей — так отдыхать умеют только русские. С размахом.

Джованни плохо представлял себе нечто подобное у них в Пьемонте. Нет, Италия тоже славилась разгулом, но этот разгул был спрятан за ширмой мнимой благопристойности. Так открыто у них не блудили и в газетах это напоказ не выставляли. Чревато. Возможно, ещё и потому, что Франция с её демоновой революцией была к Пьемонту гораздо ближе, чем к России. Потому столь бурные гуляния аристо могли вызвать не менее бурную реакцию у обычных людей. Вот местная знать и старалась не будить зверя революции на своих землях.