— Про сына я вообще ни сном, ни духом была, — зло сверкнула глазами вампирша в сторону сестёр, — а с остальными тенями существуют цеховые договорённости. Мы уведомляем друг друга, если идём допрашивать или устранять кого-то из родных.

— То есть вот это всё — исключительно стечение обстоятельств, которое только по счастливой случайности чуть не стоило жизни Тэймэй и нашему сыну? — я обвёл тяжёлым взглядом всех присутствующих. — И имя этому счастливому случаю — совесть Джованни Борромео? Он магов на охоте псами загонял, пытал и выпивал без раздумий. Шансов, что он пожалеет беременную, практически не было…

— Его всё равно нужно уничтожить! Он не должен существовать! Да и к Висконти Борромео после этого наведаться, — фыркнула брюнетка. — Я говорила, что его ещё тогда убить надо было.

— Дамы, ваш племянник, конечно, сволочь первостатейная, но с наличием неких удивительных лично для меня моральных принципов. Вас не учили одной простой истине, что дети за родителей не отвечают? Что вы всё заладили «убить да убить!»

— То, что он не выпил твою жену и сына, — счастливая случайность! Он — лич! Они подлежат уничтожению! Он и её при рождении выпил бы, если бы мы не вмешались!

Боги, это же надо, я сейчас выступаю защитником своего несостоявшегося убийцы. Хотя Софья в своё время тоже радостно ковыляла навстречу собственному убийце, то есть мне, веря в пророчество оракула.

— Дамы, лич — существо разумное и способное контролировать собственную жажду, в отличие от кадавра. Те жрут всё и всех. Я ещё понимаю ваши мотивы в момент рождения племянника. Ребёнок действительно не имеет осознанности, лишь рефлексы и потребности, которые будет удовлетворять всеми доступными способами. Но сейчас-то он доказал наличие контроля. Почему сейчас убить?

— А скольких он убил, пока дорос? — тихо уточнила рыжая сестричка, Гризель, кажется.

— А скольких я убил в прошлой жизни? И уж не вам-то белыми и пушистыми прикидываться. У каждой из вас личное кладбище на зависть многим. Меня больше интересует, как вообще у Борромео вышло, что он вырос⁈ — задал я весьма животрепещущий вопрос. — Не находите, что это некий революционный способ, который позволил бы вашей братии иметь потомство?

— Нет! — жёсткий ответ последовал сразу от всех трёх сестёр, чему немало я удивился.

«Агафья?»

«Прецедент. Нельзя обнародовать, потом объясню», — последовал тут же ответ по кровной связи.

— Лучше скажи, как они так быстро вышли на нас? — перевела тему вампирша.

— Удивишься, но меня заказал Талейран, — принялся я вводить в курс дела Агафью. — И Борромео, кстати, отказались брать этот заказ. Только твой сыночек решил, что пять миллионов в золоте на дороге не валяются и отправился инкогнито по мою грешную душу. Причем этому засранцу просто феноменально везло всю дорогу. Он в Москву из Стамбула вообще на нашей «Капельке» долетел, а у османов ещё и с Кираной пересёкся, попросив её спасти из рабства ребёнка. Кстати, а разве на дирижаблях нет защиты от Теней? Это же одной единицы хватит, чтобы разом вывести из строя весь воздушный флот.