Я показательно закатил глаза.

— Признаю, херню спорол. А вот вы, как будто, не удивлены, что я здесь буду.

— Я, в отличие от вас, юноша, внимательно изучаю списки всех делегаций. Да и чего греха таить, я следил за вашими успехами. И они меня впечатляют!

— Галактионов! — прошипел подскочивший ко мне Румянцев.

— О, этот злобный старикан — наш канцлер, — показал я на князя японцу. — А это господин Накамура. Насколько я знаю, величайший артефактор Японии.

— Я знаю, кто это, — снова прошипел тот. — Ты сломал весь ритуал!

Я повернулся к Накамура удивлённо.

— Я что, и правда, сломал весь ритуал?

— Да нет, что вы… Тадаси! — кивнул он в сторону первого советника Императора, и тот с улыбкой подошёл к нам. — Познакомься, это то самое молодое дарование, который, по какому-то странному недоразумению, родился в Империи, а не у нас. Ведь по духу он нам гораздо ближе, — засмеялся Накамура.

Советник улыбнулся и протянул мне руку.

— Приятно познакомиться, Александр! Тадаси Кисидо.

— И мне с вами, — кивнул я, а затем перевёл глаза на офигевающего Румянцева. — Извините, но у вас тут какой-то ритуал должен быть.

— Мы приветствуем встречающую сторону, которая оказала… — начал Румянцев свой заученный спич, а я отошёл в сторонку, чтобы не мешать.

Традиции были соблюдены, и через пять минут мы проследовали к кортежу.

— Александр, если вы не против, то можете поехать со мной, — сказал Накамура.

— Да, конечно. Вот только я с женой, — кивнул я на Анну, которая держала меня под руку. — И с другом, — кивнул я на Одина.

На чистом японском Один произнёс приветствие самурая, и узкие глаза Накамура расширились.

— Ого!!!

— Это Один! Он выбрал себе путь Бусидо, и следует ему. Честно говоря, я рассчитывал с вами и так встретиться. Моему воину требуется хорошее оружие. Вот только, в связи со спецификой строения его Дара, ему нужно что-то особенное.

Накамура задумчиво кивнул.

— Конечно, сделаем! Прошу в мою машину.

— Извините, — сказал я. — Я вас не представил. Это Анна. А это Йошито Накамура.

— Простите меня, ради бога, — побледнел и покраснел японец. — Меня, старого дурака, потряс вид вашего… — он кивнул рукой на крысюка, подбирая слова.

— Одина, — подсказал я.

— Одина! — сказал он. — Надеюсь, вы простите мою бескультурье.

И он начал часто-часто кланяться. Эти японские традиции, будь они неладны!

— Да что вы, господин Накамура, пустое, — сказал моя красавица-жена.

— Вы выбрали себе прекрасную жену, Александр. Я чувствую в ней зарождается великая сила. Уверен, у вас будет достойный наследник!

— Чувствуете… что? — я оторопело посмотрел на Анну, которая, кажется, расстроилась.