Обслуга следила за нами с ленивым выражением лица, ожидая, когда все закончится, чтобы опять приступить к уборке. Я добавил им работенки, сломав нос своим коленом и виконту. Слабоват он оказался, и сразу потерял сознание. Удар был несильным, но он отлетел, и теперь лежит на полу, широко раскинув руки.

— Что здесь происходит? — в вагон вошла охрана.

— Разборка господ, но они уже, кажется, закончили, — прояснила ситуацию одна из разносчиц.

— Ясно… — поцокал языком старший. — Конфликт исчерпан? — это он уже меня спрашивает.

— Да, — киваю я. — Можете уносить их. Работникам ничего не будет, раз стали свидетелем этого?

Интересно, не захочет ли этот виконт на простых людях выместить свою злобу, когда придет в себя.

— Ха-ха-ха… а вы шутник, Ваша Благородие, — посмеялся от души мужчина, и пошел убирать.

А я вот не понял, чего смешного. Здесь что, одни мастера еду разносят, что все будет нормально или как?

— Прошу простить меня, что доставил вам столько проблем, — парень в очках «проснулся». — Я был уверен, что они не посмеют подойти к вам. От других ведь они шарахались.

— У других были печатки, — поднял я свою руку без печатки, но поспешил его успокоить. — По некоторым причинам я не могу сейчас носить свою печатку, но в скором времени это исправлю, впрочем, как и вы. Кстати, меня зовут Александр Галактионов, — протянул ему руку.

— Очень приятно, а я Андрей… — он был так рад, что я не в обиде, что сразу пожал мне руку и назвал свое имя. А потом до него дошло, что я сказал про печатку, и ему надо представиться, — Андросов…

На парне лица не было после того, как он назвал свою фамилию.

— Много людей убил? — спокойно спрашиваю его.

— ЧТО⁈ Каких людей? — выпучил он глаза.

— Ну, ты же скрываешься, и это может быть одной из причин, — отхлебываю уже холодный кофе и морщусь. — Вот уроды… кофе из-за них остыл.

Мои слова услышала официантка и поспешила принести мне новую кружку.

— Я не убивал никого, — дошли до него мои слова, и он возмутился.

— Обесчестил дочь Императора? Понимаю… Она, наверное, красотка, и ты не смог удержаться. А теперь приходиться бежать, — снова смог вогнать его в краску.

— Я ничего не делал с Ольгой! — возмутился еще раз покрасневший парень. — У меня невеста есть…

Его лицо залило, натурально, краской. Мне понравилось потешаться на ним.

— Страшная, как мировая война, вероятно, раз ты сбежал? — кидаю еще одно дурацкое предположение. — Понимаю, я бы от такой тоже сбежал.

— Нормальная она…

— Тогда ты сбежал из дому в поисках доступных женщин и шумных клубов? Дома много контроля?

— Нет… Я хочу сходить в Разлом… — довел я парня, что последнее он едва шепотом выговорил, и при этом выглядел жалко.