Вот с ней было негусто. Денег, конечно же, в Разлом никто не брал. У каждого было по белой желейке — традиция Истов на «черный день», которые сразу отправились в мой мешок.

Ножи, короткие мечи — почти вся группа полагалась на свой Дар, уничтожая монстров заклинаниями. Ничего из этого мне не подходило, вот только что-то толковое было у лидера. Здоровый двуручный меч из хорошей стали — получше, чем мой. Я пару раз взмахнул им, примериваясь. Ну-у-у… Ничего особенного. Конечно же я неплохо владел и таким оружием, но оно было немного специфичным. Таскать эту длинную дуру с собой и пытаться орудовать ею в узких коридорах подземелий очень неудобно. Поэтому я положил меч назад, рядом с трупом.

Доспехи, частично прожженные, частично пробитые и залитые кровью, привлекали меня еще меньше. Ладно, бы там легендарный доспех из чешуи черного дракона, который был у меня в прошлой жизни. А это какое-то тряпье. Да и не уверен я был в том, что мне удастся всё это сдать. Да, Архип вроде дед не промах, но в этом нужно еще удостовериться.

А еще рассмотрел их перстни. У лидера был 5-й класс, четыре 6-го, и два новичка с прозрачными камнями.

Истребители не стали изобретать «велосипед» и, по старой армейской привычке, выдавали каждому металлический жетон на случай, если тело будет сложно идентифицировать после его смерти.

Просканировав номер лидера на своем планшете, я увидел его досье. Так, что тут у нас…

Семен Мухин. Безродный, как я и предполагал. В графе «текущее задание» было пусто. Они также не стали подтверждать свой выход, что, в принципе, было нормальным делом.

Что там дальше. Раздел «Репутация». Минусовая… Отчислен из Центра за… Неподчинение приказам… Действия, приведшие к гибели членов рейда… Сомнительные моральные качества… Да он отщепенец! Не настолько, чтобы отобрать у него кольцо, но настолько, чтобы ни один уважающий себя Ист срать бы рядом с ним не сел. В смысле, не пошел бы с ним в рейд. Значит, остальные — либо такие же «отбросы», либо просто дураки.

Мне было известно о таких людях. Они гордо называли себя «вольными», и среди них было много подобного людского «шлака». Хотя были и просто индивидуалисты, решившие, что Центр им не нужен. Кажется, мне говорили, что у них есть какой-то собственный центр в Иркутске. Место, где они кучковались, общались и заключали свои сделки.

Потому что в разделе «Текущая группа» также было пусто. Работая через Центр, состав утверждался официально, а эти пошли просто на основании устной договоренности.

Это было мне на руку. Это означало, что формальное разбирательство смерти действительно будет формальным — «вольных» недолюбливали за… Да за всё!