— Я Роман Големов, а вы кто? — спросил я и отодвинул дуло от своей груди.
— Роман Степанович? Неужто вернулись⁈ — старик тут же опустил ружье и расплылся в улыбке.
Только сейчас я узнал управляющего.
— Павел Васильевич? Вас просто не узнать!
Его я помнил крупным статным мужчиной с густой черной бородой.
— Знаю, постарел. Болезни меня подкосили.
Я пригласил его в дом, чтобы вместе посмотреть, что с ним стало. Оказывается, внутри все осталось по-прежнему, только везде была пыль и паутина. Радовало то, что вся мебель была накрыта простынями. Серафим занес дрова и растопил печи, а мы с управляющим сняли простыни и сели за стол, чтобы поговорить. Он уговаривал меня заночевать у него, но я отказался. Вдвоем с Серафимом мы быстро наведем порядок, а еду и чистое постельное белье мы из дома взяли.
— Хорошо, что вы здесь. Без хозяина все приходит в упадок, — сказал напоследок управляющий и пошел домой.
Мы договорились с ним встретиться завтра утром и обсудить дела.
Пока Серафим наводил порядок, я сел за письменный стол отца и принялся просматривать документацию. Завтра мне предстояло собрать всех, кто проживал на нашей земле, и объявить им о том, что халява закончилась, и теперь им снова придется платить налоги, но я взамен приведу имение в порядок.
К вечеру дом согрелся, поэтому мы поужинали и легли спать. Но не успел я заснуть, как услышал испуганный крик Серафима:
— Горим! Пожар!
Я вскочил с кровати и ринулся к нему, думая, что огонь в комнате прислуги, но он стоял у окна и смотрел на улицу. Подбежав к нему, я увидел, что весь дом снаружи был объят пламенем.
— Надо снегом закидать! — крикнул Серафим, запрыгнул в свои валенки и ринулся к двери. Я тоже хотел одеться, но когда вышел в коридор, то увидел, как Серафим бьется об дверь, а она не поддается.
— Нас заперли, — выдохнул он и испуганно уставился на меня.
Глава 7
Российская империя. Заброшенное поместье Големовых.
— Как же мы выберемся? Ведь окна забиты! — закричал Серафим.
У него уже началась паника.
Я понимал, что старый деревянный дом сгорит за считанные минуты, если огонь не остановить сейчас, поэтому попытался выбить дверь с наскока, но она не поддавалась. Тогда я скомандовал слуге, который начал колотить дверь руками и ногами:
— Уйди! Лучше подальше, чтобы не зацепило!
Серафим отбежал в гостиную и спрятался за стенкой. Я сформировал шаровую молнию и запустил ее. Взрыв и дверь разлетелась на щепки, а с крыльца скатились бревна, которыми подперли дверь.
Мы с Серафимом выбежали на улицу и принялись закидывать дом снегом.
— Видишь огни? Беги туда! Пусть вызовут пожарных и сами бегут на помощь, — велел я, когда мы закидали одну сторону. Со второй я справлюсь.