Между тем, над океаном уже давно наступил поздний вечер. А темное небо, затянутое облачностью, не баловало пока ни луной, ни звездами. И, если на верхней палубе галеона света вполне хватало от прожекторов эсминца и яхты, то лезть внутрь парусника, в кромешную темноту, совсем не хотелось. Но, полезть пришлось. Как командир досмотровой группы, мичман хоть и опасался неожиданного удара клинком из темноты или пиратской пули, но все-таки спустился по скрипучему деревянному трапу первым, показывая пример своим матросам. В левой руке он держал электрический фонарик, а в правой сжимал пистолет «ТТ», который ему выдал оружейник на эсминце.

На батарейной палубе, где находились бронзовые пушки-кулеврины, калибром каждая, навскидку, дюймов пять, установленные на двухколесных деревянных лафетах, закрепленных к палубе канатами, никого не обнаружилось. Зато снизу, с жилой палубы для матросов, доносились голоса. Там шел спор между двумя англичанами.

— Знаешь, Джон, золота у нас в трюме столько набито, что если взять с собой все эти сокровища к дьяволу, то он точно не станет варить нас в своем дьявольском котле, а назначит главными бесами. Потому я и предлагаю взорвать корабль к чертям! — говорил кто-то. А другой возражал ему:

— Нет, Роберт, дьяволу золото не нужно. У него этих сокровищ и без того девать некуда. Зачем же ему еще? Не оценит он твой поступок, только еще больше казней назначит за лишний грех. Лучше вспомни Господа и помолись. Господь милосердный, быть может, сжалится и сделает так, чтобы простили нас эти люди с сияющего корабля.

И мичман, который немного знал английский язык, понял, что один хочет забрать с собой к дьяволу какое-то золото, а второй пытается его отговорить от этой затеи. Еще немного, и чокнутый моряк на самом деле взорвет галеон. Наплевав на собственную жизнь, которую мог в этот момент прервать выстрел любого из пиратов, Федор стремительно спустился вниз. На жилой палубе, лишенной иллюминаторов, при свете свечей сидели на рундуках матросы. Судя по жалкому виду и исхудалым лицам, они, скорее всего, были больны.

Их оказалось там пятеро. Но, разговаривали лишь двое. Остальные только слушали и молча отхлебывали что-то из кружек. А в воздухе стоял сладковатый запах рома. В этот момент мичман догадался, почему эти англичане остались, а не вышли со всеми наверх. Эти хитрецы, страдающие алкогольной зависимостью, похоже, воспользовавшись сумятицей, решили бесконтрольно полакомиться алкоголем из судовых запасов! И Федор Яровой пресек это дело. Направив свой пистолет на того, который собирался взорвать галеон, он крикнул им, чтобы сдавались.