Адвокат Розенфельд настоял, чтобы его допустили, хотя бы, присутствовать при обыске, раз уж к арестованному клиенту пока ограничили доступ. И Соловьев пошел на некоторые уступки юристу, не желая пока раздувать скандал. Просто Яков Ефимович не был до конца уверен, в какое же именно время их все-таки занесло. А что, если их забросило, например, в тот самый 2023 год, откуда приплыла эта самая яхта? Тогда они окажутся в очень скверном положении. И он отдавал себе отчет, что появиться на одиноком советском эсминце посреди всего капиталистического мира будущего, наверняка, не слишком приятно.
Но, могло, конечно, быть и совсем по-другому, если единственно верным окажется время, из которого выплыли пираты. Тогда всех ждет дикость окружающего мира эпохи великих географических открытий, еще недостаточно цивилизованного, не слишком развитого и очень опасного. Хотя, там шансов уцелеть, наверное, у них имелось даже больше, чем в будущем. Ведь ни пираты, ни регулярные военные флоты государств того времени не смогут противостоять вооружению советского эсминца. Да и мир в те времена еще не поделен окончательно между державами. Так что можно и свое собственное государство создать. Вот только придется тогда весь остаток жизни провести на войне против всех. Да и где брать ресурсы? Вот закончатся снаряды для артиллерии эсминца и исчерпается ресурс его механизмов, и что потом? Тоже перспектива довольно мрачная.
В конце концов, Соловьев решил пока не забивать себе голову тем, что еще не подтверждено фактами. Куда они все попали вскоре обнаружится, так или иначе. И зачем же заранее волноваться? Раз все это определено самой природой, то и изменить ничего нельзя. И будет именно то, что будет. С этими мыслями фаталиста Соловьев вместе с Розенфельдом и в присутствии двух понятых из советских матросов приступил к подсчету буржуйских бумажных денег, отпечатанных в будущем.
* * *
Оскорбленная Верой Дворжецкой-Кардамоновой Лаура поплелась обратно в сторону своей каюты. Обида переполняла ее и искала выхода. Вспомнив по дороге, что оба ее музыканта почему-то не явились вовремя ко времени начала концерта, она пошла устраивать им разнос, начав колотить своими маленькими кулачками в их дверь. Впрочем, стучалась она недолго, потому что дверь в каюту все-таки ей открыли довольно быстро. Но, выглядели музыканты совсем неважно. Глаза их ввалились, а лица, как будто, даже позеленели. Что гитарист Стас, что клавишник Гарик, оба едва держались на ногах. Блондин и шатен. Она ласково называла их Бивис и Баттхед, делясь заработками, заплатив за них долги и взяв с собой на яхту. А они в этот раз так здорово подвели ее!