Впрочем, так уж долго скучать в одиночестве мне не пришлось. Ну, Маринка же не абы кто, а самая настоящая целительница, причем, по моим представлениям, отнюдь не из слабых, ее заклинания, в самом буквальном смысле, чудеса творят.

— Вот и все, теперь пойдем, Ваня, тебе нужно их увидеть своими собственными глазами. — Позвала меня подруга.

На первый взгляд в четырех довольно молодых женщинах, лежащих на кроватях в большой, разделенной отдельными ширмами комнате, не было ничего необычного. Ну, да, вид у них всех нездоровый, но к целителю вообще здоровые, обычно, стараются не появляться, все же бесплатно маги не работают.

— Сфокусируй на них диагностику, — распорядилась моя спутница.

По очереди применил подсмотренное мной когда-то заклинание ко всем четверым. Хм, я, конечно, диагност не из опытных, но даже мне увиденная мной картина сильно не понравилась: энергетическая картинка организмов пациенток выглядит какой-то смазанной и ослабленной, по отдельным, мелким радианам ток энергии вообще едва уловим.

— И это я уже провела магическую стимуляцию их жизнедеятельности, до меня там вообще все выглядело полнейшей катастрофой. — Донесся до меня голос Маринки, комментирующий мной увиденное.

— Дай, догадаюсь, ты каждый день проводишь им подобную стимуляцию, но за сутки ее эффект сходит на нет, — высказал я свое предположение, когда мы, временно завершив эту тягостную экскурсию, вышли из палаты с больными в другую комнату.

— За трое суток, — поправила меня Маринка, — но этот промежуток имеет тенденцию к сокращению. — И слишком часто стимулировать тоже не вариант, там начинает работать система обратной связи, по которой их организмы сокращают выработку своей собственной жизненной энергии еще сильнее. Без помощи от тебя эти женщины обречены.

— Я не целитель, как таковой, — заспорил я, уже догадавшись, помощи какого рода просит от меня Мухина.

— Целители не умеют лечить подобное темное проклятие, а вот мы, с тобой, вдвоем, можем попытаться. По моим прикидкам магия хаоса в первую очередь должна разрушить структуру темного проклятия.

— А я потом сделаю из них химер, — подхватил я невысказанную еще мысль и продолжил: — а потом об этом нашем лечении станет известно властям и на нас, с тобой, красавица, откроют всеобщую охоту.

— Ты возьмешь с них клятву о неразглашении нашего участия. Я уже интересовалась предварительно, ни одна не против вообще любых клятв, если они помогут им выжить. А зато в твоем распоряжении появятся сразу четыре довольно сильных мага стихий, точно не имеющих на стороне вообще никаких родственников.