лекарка, — ухмыльнулся Вихорь, давно натянувший на себя маску прожженного циника, для которого подобная картина жуткой гекатомбы — не первый случай в практике. — Я чувствую следы оборотничества, господин дознаватель. Полагаю, что именно волколаки начали резню в поселке. Да и на раны обратите внимание: это следы когтей и зубов. Характерен глубокий разрез в виде полумесяца. Это крайний, самый острый коготь, используемый для секущих ударов. Попадете под него — вам хана. Вскрывает тело человека на раз. Оборотни нападали на людей и рвали им шеи, руки, выгрызали сердца. Таким образом, они пытались взять себе часть живой энергии человека. Сердце — энергетический двигатель, а солнечное сплетение аккумулятор сего. Ауры потухшие. Эти твари успели уйти далеко, хорошо напитавшись дармовой силой и кровью. Вам плохо, господин дознаватель? — Нет, ничего, справлюсь, — парень в форменном кителе с трудом сглотнул тягучую слюну. Я тоже чувствовал живую органику. Но никак не людей. Моя система отличит животного от человека. А оборотни, бегая в шкуре и на лапах, всегда будут идентифицироваться как животные. Признаки магии я ощущаю только с помощью браслетов. Проклятый дар архата! Вихорь, присевший перед трупом одного из работников прииска — пожилого мужчины с располосованной шеей, лежавшего в неестественной позе, словно пытавшегося руками скинуть с себя непомерно тяжелое чудовище, но его перекрутило какой-то силой как выжатую половую тряпку. — Шесть часов назад, — сказал Вихорь подошедшему старшине. — Но след взять можем. — Господин дознаватель, вот что…, - решил Курбат. — Мы постараемся нагнать банду, а вы оставайтесь здесь, заканчивайте свои дела. Уедете в город на машине, которая нас привезла сюда. — Пешком сотню с лишним километров? — наивно удивился молодой служака, вызвав снисходительные улыбки егерей. — А сможете ли? — Не переживайте за нас, — без тени улыбки сказал старшина, поправляя ремень карабина. — В городе обязательно расскажите князю, что видели. Мы пойдем строго на север вдоль восточной гряды. Связь через красный амулет. Он берет до двухсот километров. Не забудете? — Нет, господин старшина. Передам в точности, как услышал, — пообещал дознаватель. Я очнулся от воспоминаний, получив по щеке смазанный удар хвойной лапы. Ребята не удосужились придержать, а я зазевался. Вытянувшись в цепочку, отряд продолжал карабкаться по тропе вверх. Мощные корни деревьев то и дело норовили по-предательски вынырнуть из-под лежалой прошлогодней хвои и перегнивших листьев. Приходилось