— Нет, Евгений, старший Татаринов — обычный человек. Программа начала действовать двадцать лет назад, уже после его рождения. Честно скажу, среди вас нет ни одного человека старше двадцати лет. Школьники, студенты. Но, в большинстве своём все собираются стать военными, уж мы следим за этим. Ваше предназначение — защита пятой колонии.

Осознание того, что твои мысли и стремления направляют в конкретную сторону, ничуть не расстроило меня — нам с детства объяснили простую вещь — жизнь каждого колониста принадлежит колонии.

Да, наше общество было вынуждено тоталитарным, иначе мы бы не выжили. Начиная со школы каждого готовят к войне с сергианцами. Граждане каждый день, последние сто с чем-то лет, ожидают полномасштабное вторжение врага. Это наша жизнь. Противиться подобному — сдаться и умереть.

— Что нас ждёт сейчас? Мы примем участие в текущем конфликте с землянами? — всё же решился спросить я.

— Не все. Екатерина, например, ещё не готова. Пусть повзрослеет сначала. А вот ты, Евгений, с завтрашнего дня отправишься в центр подготовки, где с тебе подобными проводят занятия инструктора. Ну а сегодня мы с тобой пройдем полное обследование, чтобы выявить возможные отклонения от нормы, и внести соответствующие методы восстановления. Ну а твоя сестра отправится в соседний класс, где проходят обучение такие же, как и она.

Таких же малышей, умерших, а потом воскресших во взрослых телах, было больше десяти человек. И все они сейчас продолжали своё обучение под строгим присмотром специалистов. Шутка ли, дюжина сформировавшихся физически людей, обладающих детским сознанием. Некоторым было всего шесть лет, когда земляне нанесли удар с орбиты…

По другому дела обстояли с подобными мне, здесь всё было гораздо проще. Всего лишь трое. Нет, на самом деле имелись и другие, но умерло нас всего три человека. Я и еще один парень из моего взвода, и девятнадцатилетняя девушка, погибшая во время атаки на музей. Как пояснил Василий Андреевич, она в тот день сопровождала мать с младшими сестрами, и погибла.

Ещё кое-что я узнал, слушая врачей на физическом осмотре. Они охотно делились информацией, как между собой, так и с единственным пациентом. Правда, говорили в основном про моё физическое состояние, которое к счастью соответствовало всем нормам. Еще бы, новое тело, выращенное за несколько месяцев, во время формирования получило огромное количество витаминов, различные физические нагрузки и всё то, что необходимо для здорового полноценного развития.

Потом был сон, затем ранний подъём, завтрак в общей столовой, где я успел перекинуться парой фраз с сестрой. По-прежнему непривычно было видеть Катю такой взрослой, но я постарался увидеть во взрослом лице те движения, мимику, что остались от самой сестры. И всё же сумел их увидеть, получив в итоге долю морального облегчения. Теперь мой счет к землянам чуть изменился, хоть и не стал меньше.