Ну, опасна. И что? Да тут куда на этом острове не сунься, там что-то опасное сидит! Бегает в темноте и хохочет. И вообще, хотела бы — убила бы уже! Да и от того, что я проигнорирую предложение встретиться и поговорить, угроза же никуда не денется! Как была, так и останется тут. Под боком.

Все-таки не нужно было, по ходу, ее с собой брать. С чего я вообще взял, что можно полагаться на ее мнение? Почему я вообще этой Лене доверяю? Разве она раньше не показывала, что вполне готова врать и недоговаривать, чтобы достигнуть своих целей? О, которых я, кстати, так ни малейшего понятия и не имею!..

Эм…

Я завис на этой мысли. Внезапно показалось, что что-то не так. Не так, как только что было.

Кхм. Секундочку. А почему я так резко начал в ней сомневаться? Вот… Хм. Это что… Нет, не сейчас! Надо все равно обо всем подумать, когда высплюсь. И не валить с больного на здоровое.

— Подожди, но… — начала было Лена.

— Давай утром, хорошо? Тут до него осталось-то несколько часов. И я твердо намерен их проспать! — видя, что Лена порывается сказать что-то еще, я не дал ей такого шанса: — И нет, я уверен, что в любом случае хотел бы спать. Под воздействием на разум или нет! Все, спокойной ночи!

* * *

Федор Платонович, главный казначей Тверской губернии, со вздохом отложил перо и размял пальцы, затем кисть. Он покосился на три внушительные башенки из листов бумаги на своем столе. Документы, которые нужно было просмотреть и завизировать. Или отклонить.

Зарплаты, комиссионные, дорожные, незапланированные расходы. Когда он с ними закончит, бумаги отправятся в столицу. Там их еще раз изучат и проверят коллеги из Государственного Казначейства и составят смету на следующий месяц. Уже руководствуясь этим документом им выделят деньги для новых выплат. И цикл повторится снова.

Без ошибок и накладок. Как часы. Эта привычная и понятная схема работы успокаивала и вселяла уверенность в завтрашнем дне. Федору Платоновичу очень нравилась его профессия.

Раздался стук в дверь.

— Войдите, — со вздохом разрешил он, бросив еще один взгляд на ожидавшие своего часа документы.

— Эм, Федор Платонович, здравствуйте, — неуверенно поздоровался от двери невысокий полненький мужчина, держащий в руках несколько листков.

Антон Симонович, один из множества клерков, которые под мудрым руководством Федора Платоновича обеспечивали работу государственного бюрократического механизма в отдельно взятой губернии.

— Да-да, — небрежно махнув рукой в качестве приветствия, хозяин кабинета поинтересовался. — Что там у вас? Только быстро, я занят. Скоро конец квартала.