— Это во-первых, а во-вторых, наш дом теперь здесь, как и все наши близкие. Так как там они уже больше никому не нужны!

— Ну хорошо, а где Вы собираетесь размещать такое количество эвакуированных оттуда людей и тем более куда их пристроить, чтобы от них была хоть какая-то польза⁈ — спросила она уже меня, рисуя какие-то узоры ручкой в своём блокноте.

— А вот этим ты и займёшься! — обрадовал её я.

— Часть из них, человек в 250, мы высадим на базе у Дика, у него там людей больше всего не хватает. Три шахты до сих пор простаивают. Пускай рассортирует их там по пригодности к той или иной работе и расставит по местам. Ну а ты здесь займёшься остальными, заодно отберёшь из них всех пригодных для военной службы и других городских нужд. У тебя ведь тоже людей не хватает!

— И когда ты собираешься начать свою спасательную операцию? — поинтересовалась она.

— Завтра в 5:30 утра Ларс ударит всеми своими силами вместе с бойцами Клайя и при поддержке с воздуха дронов и вийнов Хейны, чтобы пробить коридор к базе Дика. После чего они сразу пересядут на бронеавтомобили и вездеходы и отправятся туда. Спасательной операцией будет также руководить Ларс, как только решит, что всё для этого готово!

Обсудив ещё некоторые вопросы, мы разошлись готовиться к завтрашнему дню. Проезжая мимо центральной площади, я увидел собравшуюся толпу народа человек в пятьдесят, которая внимательно слушала взобравшегося на музыкальную концертную площадку какого-то горлопана в окружении нескольких единомышленников.

«Началось», — подумал я и, вызвав на всякий случай по телефону подкрепление, вылез из вездехода, чтобы послушать, что он там им всем втирает. Хейне же сказал ехать домой, чтобы не привлекать здесь к моей машине внимания. Сам я был в гражданской одежде, поэтому на меня, когда я подошёл поближе, никто не обратил даже внимания. Ко всему прочему я ещё и изменил своё лицо, так как заметил неподалёку Миору, которая, видимо, предупреждённая кем-то из организаторов этого несанкционированного митинга, снимала его на камеру. Человек же возомнивший себя видимо борцом с ненавистным ему режимом вещал с импровизированной трибуны следующее:

— Друзья, доколе мы будем терпеть произвол властей? — Прокричал он разведя руками, как клоун в цирке.

— Они нас всех здесь сделали заложниками своей глупой политики с этими рептилиями. Только вчера мы похоронили ещё десятерых наших товарищей из-за этого, и это только начало. Зачем, спрашивается, мы ввязались по их милости в эту никому не нужную войну⁈ — И быстро пробежался взглядом по собравшимся, оценивая видимо их реакцию.