— Мамочки насилуют! — заверещала она как взаправдашняя и начала со всей силы отбиваться от меня ногами. А после того, когда я всё-таки подтянул её к себе, пустила в ход уже и руки, пытаясь как прямо разъярённая кошка своими когтями попасть мне прямо по лицу.

Поняв, что бороться с ней лицом к лицу чревато для меня напрочь расцарапанной мордой, я не без усилия, но всё же смог перевернуть её на живот. Облегчённо вытерев выступивший пот на лице, я между делом заметил:

— Зря ты не захотела по-хорошему, теперь пеняй на себя! — Наверно, с особой жестокостью теперь меня драть будешь, да, вояка! — Произнесла с сарказмом она, пытаясь теперь уже безуспешно дотянуться до меня руками.

Некоторое время она ещё пыталась вывернуться из-под меня в прежнее положение, но в итоге и от этой мысли всё же ей пришлось отказаться. Полежав немного спокойно, пока я её гладил по голове и целовал в шею. Она насмешливо заявила:

— Ну а дальше-то что, любвеобильный ты мой? Может, пойдём сначала по рюмочке выпьем, а то я что-то утомилась с тобой! Да и в туалет я, если честно, хочу. Ты же не хочешь, чтобы я прямо под тобой описалась!

Немного подумав над её предложением, я решил скрепя сердце согласиться на временное отступление, тем более что я ещё не избрал, какую мне тактику взять на вооружение в отношении неё. Тем более что пока она меня явно переигрывала в психологии человеческих взаимоотношений.

— Ладно, уговорила, только без твоих змеиных штучек, уяснила⁈ А то придётся конкретно спеленать тебя по рукам.

— Обещаю быть паинькой! Сказала же, в туалет мне надо, да и выпить тоже для стимуляции не помешает!

Спустившись с неё, я одел трусливо трусы и, стараясь не встречаться с ней взглядом, пошёл на кухню. Через некоторое время там же появилась и она. Не обращая на меня совсем никакого внимания, словно я находился здесь всю её жизнь. Она выпила добрую порцию своего вина и, затянувшись сигареткой, скромно заметила в окружающее пространство:

— Эх, давно я так не веселилась!

Затем, нагнувшись, посмотрела под стол и поинтересовалась:

— У тебя там твой дружок, случаем, не слинял домой, пока ты тут сложные теоремы решаешь? — и прыснула от смеха.

Посмотрев внимательно на неё, я вдруг понял, что настоящее лицо Фреи открылось передо мной только сейчас. И это был полный антипод той, которую я знал до этого. Этой женщиной просто невозможно было не восхищаться, ибо она была уникумом среди подобных себе!

— Я проиграл! Можешь поздравить себя, я теперь полностью в твоих руках! — буркнул я.

— Можешь распять меня даже на кресте, если хочешь!