Через некоторое время раненый в плечо абориген был уже внизу, затем, когда ему наспех залили рану регенерирующим раствором и остановили кровотечение, отправили на борт моего корабля. Подлечив его ещё немного в нашем лазарете, я, прихватив с собой экзопсихолога, решил его навестить. Но оказалось, что наречие, на котором он говорил, только отдалённо напоминало известный нам язык местных хейлов, на котором те общались. Так что ещё несколько часов ушло на то, чтобы обучить его ему с помощью специальной психолингвистической аппаратуры. Которую мы, слава богу, прихватили на всякий случай с собой. Естественно, я приказал всем кораблям бросить якорь, так как соваться дальше без дополнительных данных в пасть неизвестности посчитал неразумным. В то же время послал на разведку ещё несколько других наземных групп для сбора дополнительных сведений, оснащённых теперь ещё и двумя наблюдательными авиадронами с тепловизорами. Вийнам же было приказано держаться на всякий случай как можно выше, в отличие от них, для получения общей картины. В общем, к допросу пленного я смог приступить только на следующий день.

Муск, так его звали, был довольно крепким парнем лет 30. Но больше я из него ничего вытащить так и не смог, тот просто молча бросал на меня злобные ненавидящие взгляды, когда я пытался что-то у него узнать об их поселении. Можно было бы, конечно, применить усиленные методы допроса, но это бы заняло немало времени и совсем не гарантировало того, что он бы начал говорить правду. К тому же я не был большим специалистом по подобным методам и совсем не хотел к ним прибегать. Жестокость, как говорится, это полное отсутствие воображения. Посмотрев на находившихся рядом моих любвеобильных охранниц, которые просто пожирали экзотического пленника своими плотоядными взглядами, я решил подойти к этому с другой стороны. Поэтому, достав бутылку с кайровским алкогольным напитком «Стакса», или другими словами рома, я налил целый бокал и, подвинув его ему, дружески заметил:

— Слушай сюда, мой друг. Видишь вот этих двух милых девочек? Как думаешь, зачем они приплыли в такую даль, за сотни километров от своего дома?

Бросив на них оценивающий взгляд, тот сглотнул слюну и только мрачно буркнул:

— А мне то почём знать⁈

Сделав большой глоток из своего бокала, я улыбнулся как можно любезней и многозначительно заметил:

— Да ты пей, пей, это хорошо освежает и придаёт сил. А эти очаровательные милашки приплыли сюда, потому что у них проблема с мужчинами, понимаешь? На каждые десять их приходится всего один такой как ты или я. Вот в поиске их они и болтаются по всему миру. Надо же как-то продолжать свой род!