После чего Майя фыркнула и заметила:
— А зачем этим двоим придуркам — шестеро-то, что они с ними делать-то собираются, гарем разводить⁈
— Дура ты, сестрёнка! — заметил Алан, так звали старшего из её братьев.
— Во-первых, это рабочие руки сейчас. Во-вторых, лишних, после войны чай продать можно будет или потребовать за них выкуп. Они ведь теперь наша собственность, так сказать военные трофеи!
Посмотрев на него изумлённо, та захохотала и ткнув пальцем в пленниц язвительно заметила:
— Кого эти идиоты собрались продать, этих вампирш? Да твои дружки скоро будут у всех шестерых на поводке бегать, за ними как преданные им собачки, и одно место им лизать, кретин! — и, достав из-за пояса местного кустарного производства револьвер, взвела курок и тут же направила его на Талку.
Правда выстрелить она не успела, отец успел перехватить её руку, влепить ей пощёчину для вразумления и отобрать у нее оружие. После чего заявил:
— Так пускай пока посидят в бане? А там подумаем что с ними делать дальше. Но убивать их я тебе точно не дам, дура, тем более безоружных. За это мы сами можем под трибунал загреметь! — процедил он, обращаясь уже к дочери.
— А теперь все рассосались по своим местам, я их сам отведу куда надо и от ваших глаз подальше! — рявкнул он и повернулся к пленницам.
— Ну ка встали и пошли со мной!
Всё это время Талка со своей подружкой по несчастью Каймой с ужасом прислушивались к этой перебранке по поводу их судьбы. Главное, что они уяснили из последнего инцидента с пытавшейся застрелить их разгневанной девицей, — что убивать их пока никто здесь всё же не собирается. А значит, нужно как можно скорей подружиться со всей этой сумасшедшей семейкой харков. Если они конечно хотят сохранить свою жизнь и дождаться своего освобождения, если оно вообще когда-нибудь наступит.
Глава 7 Пленницы
После того как папаша орангутангов Михей (так он им представился) привёл их в это помещение и оставил их здесь, закрыв дверь с той стороны на засов, прошло не менее, наверное, двух часов, прежде чем дверь снова открылась и на пороге не появилась знакомая им уже девица с подносом с едой. Поставив его на пол, она пристально оглядела их и мрачно заметила:
— Значит так, слушайте сюда, две ушастые шалавы. Два раза объяснять не буду. Сейчас поедите, скинете с себя всю свою военную утварь, искупаетесь, а то выглядите как две чертовки, сбежавшие прямо из пекла. Воду я уже вам нагрела, и приведёте себя в человеческий вид. Теперь вы, так сказать, невесты двух моих братьев-оболтусов и должны выглядеть соответственно. Одежду я вам сейчас принесу, а свою старую сложите в мешки. Обувь можете оставить, заменить её просто нечем, походите пока в своей. Бачки с горячей и холодной водой вон там у стены, — она показала рукой.