— Ну что, успокоилась наконец! — заметил я, с опаской на всякий случай наблюдая за взъерошенной Фейной.

— Пошёл вон, сволочь! — огрызнулась та.

— Спать будете на кухне или в ванне, где вам больше понравится! — усмехнулась она.

— А ты в мою комнату даже не суйся! — крикнула она со злостью и, прихватив бутылку с вином из буфета, зашла туда и хлопнула дверью.

Посмотрев ей вслед, затем на явно обескураженную свою зелёненькую подружку, я развёл руками и, стараясь её успокоить, оптимистически заметил:

— Не беспокойся, сейчас перебесится и сама выйдет. Она у меня не очень злопамятная! — и тут же полез искать, чтобы перекусить, а заодно и выпить.

Через несколько минут мы уже уютно расположившись на кухне с удовольствием поглощали найденные нами запасы, пока, естественно, не появилась Файна. Притом уже достаточно подзаряженная винцом.

— Ну что, голубки, смотрю, вы тут неплохо устроились! — пропищала она язвительно, обведя мутным взглядом уставленный стол всевозможными явствами из её запасов.

— Судя по всему, вы уже весь холодильник тут сожрали!

После чего подошла на подкашивающихся ногах к столу и, ухватив рукой одну из находившихся там бутылок, попыталась обрушить её тут же на мою многострадальную голову. Правда, мне повезло, что к этому моменту я развернулся и сидел уже к ней лицом, благодаря чему и успел перехватить у неё сей предмет женской мести. Но всё её содержимое умудрилось вылиться, к её несчастью, прямо на неё саму. Окатив её с ног до головы целым ручьём красного вина. На удивление почти протрезвев и окинув взглядом свой новый прикид, та с истошным визгом бросилась тут же в ванную. Поняв, что данное дело требует моего срочного присутствия, я, известив Каллу об этом, тут же отправился вслед за ней. Не оставлять же девушку в такой беде одну.

Зайдя туда, я прикрыл за собой тихонько дверь и, обернувшись, посмотрел на своё дивное чудо. Та уже, естественно, была под душем и вовсю оттирала руками со своей новой причёски пропитавший её вредный напиток. При этом ещё и дурниной ревя. Видимо о своей тяжкой жизни и женской доли с таким мудаком как я. Во всяком случае она так и сказала как только узрела мою физиономию:

— Ну и чего тебе здесь надо, мудак⁈

— Вот решил тебе помочь! — пояснил своё присутствие, естественно, я.

— А то вдруг ты одна с этим не справишься! — и тут же, раздевшись, залез к ней.

После чего она, перестав сразу лить слёзы, уставилась с открытым ртом на меня, пытаясь, видимо, осознать, зачем я здесь ей на хрен нужен. Впрочем, я это понял быстрее неё и тут же, чтобы не давать ей времени для выработки совсем ненужных в этом случае выводов, тут же прижал одной рукой к себе, и присосался к её губам. Чего, как говорится, кота за яйца тянуть, если и так всё ясно.