Спешу уведомить о пришедших мне в голову мыслях соратников по кондотте. Но только их, ибо говорить про это местным — не то метать бисер перед свиньями, не то просто поставить собственных людей в менее выгодное в сравнении с остальными положение. Нафиг, обойдутся.

— Пусть втянутся в бой, — подвела итоги недолгого обмена мнениями Бельская. — Там и посмотрим, по кому именно станем бить.

А бить предстояло скоро. «Крепость» в сопровождении других трёх колоссов ещё немного и окажется в пределах огневого контакта с защитниками. Вот и на канале связи с местным командованием раздались издаваемые «генералом» крики о необходимости срочно «подавить и раздавить». Было б смешно, если б не было столь грустно.

— Противник должен втянуться, завязнуть в попытках окончательно раздавить выставленные против него силы, — чуть ли не по складам втолковываю я Жерому. — Вдобавок, если наша группа окажется сразу на одном, явном направлении, то что помешает второй и куда более сильной вражеской группе рвануть к порту без особых преград на пути. Турели и обычная бронетехника их даже задержать толком не в силах окажется. А есть ещё третий отряд из четырёх не самых мощных, но всё ж боеспособных колоссов.

— Разделите силы. Не дайте им прорваться. У нас подготовленные оборонительные позиции с турелями. Есть бронетехника и простая пехота. Они должны исполнить свой долг, как велит им Гармония!

Глухарь на току. Вот как есть глухарь, слышащий только себя и игнорирующий всё окружающее. Реально можно подойти, по башке и в мешок. Или сперва свернуть шею, а потом всё в тот же самый мешок.

— Он неадекватен, с ним не договориться, не внушить необходимость здравых ходов, — вздыхает по закрытому от посторонних каналу Мария. — Его замы…

— Что с ними?

— Тоже ничего хорошего, Сэм, — ни разу не добавляется оптимистичных ноток в голосе девушки. — Смотрят начальству в рот и боятся этого самого начальства больше, чем поражения. Или рассчитывают договориться с ними, я не знаю. Прогноз на основании пси это не умение видеть будущее. Тут другое. Сложно объяснить тем, кто развивает другую основу.

Пошла перестрелка. Под прикрытием «Крепости» оба «Кочевника» стали засыпать ракетами как «Отбойщиков» так и уже вкусившие от вражеских щедрот турели. Те, понятное дело, отстреливались, но слабость двух воистину антикварных колоссов и уже лишившиеся двух турелей оборонительные порядки на конкретном участке начинали ощутимо так прогибаться. А мы, мы стояли. Выжидая, не собираясь раньше времени раскрывать собственные замыслы. Благо видели, что две остальные группы колоссов с эмблемами Прикоснувшихся к Совершенству вовсе не стояли на месте. Третья, из «Бумерангов», «Велита» и «Попрыгунчика», по большому счёту лишь изображала активность. В то время как вторая, представляющая собой реальный ударный кулак, уже добралась до оборонительного пояса и разделывала под орех турели и суетящуюся бронетехнику. «Сокрушитель», как ему и полагалось, сокрушал все преграды на своём пути, «Уравнитель» выравнивал то, что оставалось, ну а «Дротик» покамест почти не стрелял, ждал возможного налета со стороны защитников. Ну, того немногого, что вообще оставалось у местных от авиации.