Потому и Франсуа Сальвини. Потому и Мигель Панкратц. К слову сказать, род Панкратц стоял в незримом «табеле о рангах» несколько ниже Сальвини, зато Мигель с самого начала показывал себя как куда более одарённый парень. Отсюда и подобна расстановка. Зато теперь… Семьи Панкратц и Сальвини наверняка очень недовольны той ситуацией, в которой оказались их отпрыски. С учётом доставшихся болезным «Кочевника» и особенно «Дротика» риски оказаться в числе не прошедших испытание, а значит «героически погибших во благо Директората» оказываются куда как выше. И что может сделать коммандер Штерн, которого однозначно будет «сношать без вазелина» уже ректор Железной Академии, вице-адмирал Фрэнк Готти, наверняка уже получивший вежливые послания от Панкратц и Сальвини, а то и встретившийся с их представителями? Верно, начинать думать, как именно организовать жеребьёвку, чтобы эти двое получили более высокий шанс на выживание. А это, доложу я вам, будет не так просто, особенно с случае с Франсуа, мать его, Сальвини и его «Дротика».

Есть ли у меня какие то сомнения относительно того, что начальство нашей Академии справится с сей нелёгкой задачей? Практически никаких. Полностью риск для этих двух убрать, конечно, не смогут — это в принципе нереально в условиях дури Директората — зато понизят непременно. Как именно? Ответ очевиден — либо подбор противника, наиболее подходящего для самого пилота и того колосса, в котором он находится, либо воткнуть болезного в группу сильного состава. И если для Панкратца с его «Кочевником» вполне себе реально подобрать подходящую связку пилот-колосс, то вот в случае Сальвини единственным реальным выходом видится второй вариант. «Дротик» же, гребись он через центр мирового равновесия! Чтобы нормально сражаться на нём в одиночном бою, надо быть или очень талантливым пилотом или уметь использовать нестандартные действия, что как бы тоже хорошо сочетается с понятием талант.

К этому стоило добавить и тот факт, что Панкратц и Сальвини не выглядели особенно уж пришибленными свалившимися на них проблемами. И это были отнюдь не надетые на себя маски, не попытка «держать лицо». О нет, моя тренируемая каждый день эмпатия говорила об этом довольно чётко. Беспокойство? Да. Предбоевой мандраж? Тоже присутствовал. Зато отчаяния и ощущения неотвратимо приближающегося белого полярного лиса я отследить уже не мог. Ключевое слово тут именно «уже», потому как некоторое время тому назад их реально колотило, особенно Сальвини. Значит что? Правильно, их семьи уже успели успокоить своих неудачливых отпрыском и не только обещаниями разрулить ситуацию.