— Ладно, сядь, — вздохнув, ответил психиатр. — В общем, верь или нет, но то, что я сказал ранее — правда. Не вся, но правда.

— Хорошо, — кивнул я, усаживаясь обратно. — Но, как понимаю, это далеко не главная причина. Поэтому, если не начнешь говорить открыто, то я правда свалю.

— Ладно, как хочешь. Короче, основная причина — нам скоро может прийти конец.

— Хм, неожиданно, — удивился я. — Ожидаете нападение особей?

— Да причем здесь особи, — поморщился психиатр. — Есть твари похуже особей. Они называются «люди». Слыхал про таких?

— Ну было дело, — кивнул я. — А подробности?

— Как понимаю, ты уже познакомился с Михаилом Евстигнеевым?

— Ага, был такой хрен, депутат. То ли бывший, то ли нынешний. Приезжал, негодовал, наглел, пытался наехать. В итоге мы его малость припугнули, отжали БТР, а он сам убежал, теряя портки.

— Вот оно что… Он сначала к нам заезжал, потом куда-то в вашу сторону направился, а потом очень злой назад вернулся. Значит, это вы ему смогли хвост прищемить и броневик именно у него и изъяли? Хм, это только подтверждает правильность моего решения.

— Ты не уводи разговор в сторону того, что я прекрасен. Раскрой тему насчет грозящей опасности.

— Угу. Так вот, в тот момент, когда он первый раз приезжал, он сказал, что теперь мы будем под его покровительством, то есть работать на него.

— Прям так и сказал? — удивился я. — Так откровенно? Не стал говорить, что Родина в опасности и нужно всем сплотиться?

— НУ да, так и сказал. Ведь сила на его стороне.

— Да какая сила? Несколько военных с автоматами. Ну, возможно еще бронетехника.

— Бронетехника, тяжелое вооружение. У них армия, Саша.

— Да какая армия, — поморщился я. — Была бы армия — давно бы в бараний рог всех согнули, а так, как я вижу — один урод сумел как-то под свою руку нескольких военных призвать, да захватил чутка вооружения. Вот и все! Так что, он приехал, позвал под свою руку, а ты отказался?

— Я обещал подумать, — честно ответил психиатр. — Но после того, как ты испортил ему настроение, он снова к нам заявился очень раздраженный и приказал, цитирую, «прижать к ногтю тех выродков».

— Ты же еще не согласился к нему вступить, чего это он приказывать начал?

— Видимо, слишком уж ты его вывел из себя, — пожал он плечами. — Он уже не предлагал, он ставил ультиматум — либо мы подчиняемся и делаем, что он скажет, либо нам не поздоровится, причем очень и очень скоро. Как-то так…

— Хех, походу и правда обиделся. И чего? Не будешь его приказы выполнять? Или это тайный план, чтобы мне задурить голову, а потом ножом по горлу и в колодец?