После этих слов, я вынул из правого кармана руку, в которую была зажата граната, взятая у Вована, а левой рукой осторожной вставил в нее вынутую ранее чеку. После этого передал гранату Виктории, которая с ней вышла за дверь
— Это чего? — удивился психиатр. — Это зачем ты с таким в карманах ходишь?
— Да хрен знает, зачем ты меня позвал, вдруг предъявить что планировал, поэтому приказал своему быку понаглеть, — хмыкнул я. — Вот, на всякий случай.
— Ну ты даешь, — покачал он головой. — Боялся, но все равно пришел.
— Не боялся, — поправил я его. — Опасался. Ну а почему не прийти, раз приглашаешь. Тем более, видишь ведь, оказался не прав. По крайней мере, надеюсь, что не прав. Но ты учти, гранат у нас еще много…
— Ну ты даешь, — покачал Станислав Федорович головой. — Паранойя хоть и сложно лечиться, но можно купировать симптомы. Если нужно будет — обращайся.
— Спасибо, — улыбнулся я. — Но лучше быть живым параноиком, чем мертвым психически здоровым человеком. Так что хотел-то? У меня там дома дел полно, чесслово.
— Верю. В общем, Саш, я хочу, чтобы ты нас всех взял под свое крыло.
— Эм, в смысле? — не понял я.
— Будь нашей крышей.
— Чего? — сипло выдохнул я, охреневая.
Вот к такому предложению я точно не был готов…
Глава 21 Подготовка к встрече
— Чего? В смысле стать вашей крышей? — переспросил я.
— В самом прямом. Знаешь ведь, что это слово обозначает? Ну, не совсем вы, а ты, конкретно. Так как понимаю, что вся ваша группа держится только на тебе.
— Бред какой-то. У тебя что людей, что силы существенно больше.
— Людей больше, это да. А вот насчет силы… Не спорю, если сейчас навалиться, возможно и завалим тебя. Но только если неожиданно решим это сделать. А если вот так, когда ты готов — то вряд ли. Да и вообще, твои турели — это имба. Ну и не только они. А помимо этого, ну ты видел моих парней? Не в обиду им, но основной контингент не обезображен интеллектом. Наподобие тех, кто тебя в гости «приглашал». А так будет умный человек во главе. Да и к тому же, я же помимо психиатра еще и психолог неплохой, успел тебя немного изучить лично, да и людей, знакомых с тобой, поспрашивал. Твой психопрофиль говорит о том, что благополучие близких тебе важней собственной выгоды. Так что…
— Ох, темнишь ты, Станислав Федорович, — покачал я головой. — Прям я весь такой золотой, а ты такой плохой руководитель. Ну не спорю, я вообще прекрасный человек, но может все же правду расскажешь? Чего это ты ко мне так воспылал почтением?
— Я тебе правду говорю, Александр…
— Ну, спасибо на добром слове. Я тогда пошел? — я встал и намерился выйти из кабинета. — Не люблю, когда мне не договаривают.