— Ты про тайминги, что ли?
— Да как хочешь, так и называй, амиго! Главное, запрети себе использовать в игре руки! В смысле, для ударов! Забудь, что они могут это делать! В твоём случае должно действовать правило: ноги — ходят и бьют, руки — только бросают! Иначе ты мне всех игроков повырубаешь! К демонам!
— Хм… — невольно задумался я. — А ведь может сработать! Давай, показывай!
— Нет, сегодня уже не успеем, — мотнул головой Дьогу. — Завтра продолжим!
— Увы, но завтра никак, амиго!
— Что так?
— Работа. С утра в море, ещё затемно. Есть планы до заката успеть вернуться.
— Ну, значит, послезавтра! — жизнерадостно ухмыльнулся Дьогу. — Но мы из тебя сделаем непобедимого игрока, камара Энрике!
Оптимист, однако, — чуть было не ляпнул я. Но не ляпнул. И сам заржал, причём не менее жизнерадостно, чем Дьогу.
Глава 1–3
-//-
Бейра-ду-Сеу, 06.05.24 г. ООК, всё ещё утро
Н-да, ну и с какой же стороны к этому добру подступиться? Хорошо, не так давно (и года не прошло!) пришлось заморочиться с примитивной — на плоскости — топографией, а то бы сейчас даже не знаю, что делал! А так в верный «винт», стилизованный под электронную «читалку», занырнул, нужную литературку поднял — и вуаля! — хотя бы есть, от чего оттолкнуться. Да и, по совести ежели, нынешняя моя проблема куда проще, чем тайна карты, доставшейся нам с Вовой в наследство от сожранного в саванне бегунами-чита курьера дона Аурелио. Той самой, игральной, на которой приметный холмик был изображён. Беда только, что в такой же вот двумерной проекции, и исключительно гипсометрической. И не от слова «гипс», как можно подумать, а от слова «изогипса» — концентрическая линия, отображающая сечение неровностей рельефа на определённой высоте. Ну а непосредственно сейчас передо мной прямо на рабочем столе разложена здоровенная портянка — формата А0, не меньше — карты топографической. И, надо отметить, довольно подробной. Изображала же она, как нетрудно догадаться, архипелаг с говорящим названием Аркипелагу, хе-хе. Впрочем, более-менее точно на ней отображался только Илья-ду-Аманьесер, прочие же острова обозначались весьма условно, изгибами береговой линии. А что там, в глубине — тайна сие великая есть. Зато на проливы, бухты и просто протоки с прибрежными болотами, они же мангры, самодеятельный картограф не поскупился. Оно и понятно — нахрена автору, как выяснилось из подписи в «легенде» документа, моему знакомцу Педру Секейре, джунгли, скалы и прочие холмы с долинами? Ему туда соваться не с руки, особенно на «Мурене». Она, конечно, плоскодонка, но далеко не амфибия! Вот и ограничился кэп ровно тем, что необходимо для его профессиональной деятельности. Зато я теперь сиди, да репу чеши! Почему? Да всё просто — родное начальство, сиречь Монти, озадачило планированием местной, в пределах архипелага, сотовой сети. Ну да, примерно такой же, как в Порто-Либеро. Вернее, хотя бы такой же. Про сеть Мэйнпорта, на поддержание технического состояния которой корпы не скупились, и вовсе молчу. У обитателей архипелага если доступ к технологиям и имеется, то исключительно к тем, что доступны делягам из Порто-Либеро. Частью насквозь контрабандным, частью тупо ворованным, а частью и самопальным. И по вышеперечисленным причинам крайне неохотно между собой взаимодействующим. А тут ещё и природные особенности Роксаны, будь они неладны! По уму, тут везде надо оптоволокно тянуть. Ну, или хотя бы между самыми