— Да, недавно родился сын у зверодевушки, и у единственной человеческой жены Карла тоже родился мальчик. Раилиэль — дочь полукровки, она первенец Карла. Будь только она, ты бы не стал полноценным претендентом на престол. Но после рождения Тимофея, которого передали твоей жене-орку, тыполноценный наследник. Это создаёт сложности другим, — продолжал информировать меня Леонид Леонидович.

— А почему все дети попадают ко мне? Я в курсе, что так принято, но почему не оставить их у родных матерей? — уточнил я. — Моя мать оставила себе моего брата-близнеца после развода.

— Разные брачные контракты. Дети Сказовых не могут остаться у жены после развода, кем бы она ни была, хоть принцессой иноземной, хоть высшим эльфом, хоть драконом. Но при этом полукровки не могут претендовать на престол. Только лица как минимум с ¾ человеческой крови. Так что только человеческий ребёнок по имени Тимофей — причина твоего возможного становления Императором России, — усмехнулся великий князь. — Младенец может сделать тебя правителем ⅙ части всей суши на планете!

— Я могу отказаться? Да и пятый наследник — не первый претендент, так что я должен быть в пролёте. Или выбирают за силу? — Усмехнулся я.

— Именно. Выбирают за способность взобраться на престол. Ценится сила, но не только своя. Связи, умение выстраивать схемы, копить богатство из стартового капитала. Карл выбрал своим путём — связи с разными расами инужными людьми. По большому счёту он был не самым талантливым из магов Семьи, не так уж умён в законных схемах, да и человек он был не лучший, эх. Но женщины в нём что-то находили. Всё же его мать была полукровкой-суккубом, что-то могло и передаться. Так же ему помогали некоторые люди из Семьи. Они познакомили его с чёрным рынком. Ну, по драконьему яйцу ты об этом мог и сам догадаться, — Произнёс Леонид Леонидович, затем отвлёкся. — Да хватит её уже наказывать. Её не жаль, руку пожалей, которой бьёшь.

— Ничего, вылечу, — отвлеклась от наказания госпожа Ги.

— Да я тоже вылечу себя, хи-хи, гномиха, мне начинает нравиться! — Соврала Кузьмичёва. Боль она ощущала, начинала злиться, но терпела.

— Тьфу, такое настроение испортила… да не, тебе точно не нравится, в своё время у тебя кое-как забор крови провели. Боли ты боишься, — заявила гномиха.

— Я боюсь забора крови и того, как вы после этого меня отследили, гниды. А не какого-то комариного укуса, — возмутилась ледяная женщина, вспомнив о своём ядовитом языке.

— Не мог я догадаться по драконьему яйцу. Я вообще плохо разбираюсь в ненужных вещах. Дайте мне с кем сразиться, на остальное плевать, — усмехнулся я.