— Нет.

— Никак нет.

— Я водный.

Кто-то просто молчал или отрицательно вертел головой.

Нюанс был в том, что все они врали, но некоторые в ауре не выдавали при этом соответствующей эмоции.

Просто местная система волшебства такова, что чистых стихийников очень мало.

В какой-то момент с соседнего ряда из-под скамейки раздалось.

— Эй, ты, со странным взглядом, ты почему сам не на полу? — спросил мужчина с проседью в бороде.

— Причин две: я занят и это бессмысленно, — произнёс я.

— Походу этот тоже из психушки, — усмехнулся кто-то.

— Чем ты занят, и почему бесполезно? И как ты узнал о нападении? — Без тени иронии спросил дед, остававшийся впереди.

— Я занят освобождением. Как можете увидеть, на мне нет кандалов, — улыбнулся я.

— У него реально руки свободны, но какие-то штуки выпирают из арестантской робы. Да на руках кроме колец какие-то цацки ещё, — крикнул говорливый сосед. Пояса он, похоже, не разглядел, а тот был поверх робы.

— А бессмысленно, так как меня эти птицы всё равно не видят, им нужны источники огненной магии или просто очень сильные волшебники. А я слабый, очень слабый, на вашем фоне, — произнёс я, старательно затирая следы своей магии. Это было сделать не так просто из-за нового артефакта на мне, что пытался меня принудительно «надуть». В том числе в меня вливалась и магия огня.

— Парнишка брешет, — подал голос ещё один незнакомый голос. — Его дело обсуждал приказчик с водилой, его подозревают в убийстве кучи народа при засекреченных обстоятельствах. По слухам эльфов, гномов и несколько аристократов.

— Террорист? Маньяк? Вот пи… — удивился кто-то.

— Да заткнитесь, слышите свист? — произнёс дед, а в следующий миг.

*Карья-я-я-яй!*

*Карья-я-я-яй!*

Две новые дыры были пробиты в зарешёченных окнах.

Пара огромных продолговатых птицы оказались внутри транспорта. Одна вернулась с повторным визитом, ранее унеся Сыроежкина.

Они высунули языки из своих клювов, словно осматриваясь ими. На головах глаз не было.

Да уж, спасибо за блаженность Олежи, слушавшего в детстве россказни охранников, приставленных папашей. Все были либо сидевшими, либо прошедшими Края в той или иной роли.

Теперь я был уверен, что это не «стервятник», а «баклан». Вернее волшебный вариант этого вида. Однако в памяти Олежи «стервятников» нет, так что птица может иметь просто несколько наименований.

Как я и думал, птичек я не заинтересовал.

А вот они меня вполне.

Магию применять нельзя, иначе я мгновенно стану видим, так что я схватил язык и резко дёрнул его, сдвигая в сторону от клюва.

*Хрья!*

Захрипела птичка и стала пятиться, пытаясь освободиться.