При этом возглавляли «облака» или вернее «рой» развитые существа под названием «горгулья», четвёртое или пятое развитие беса. В отличие от собратьев эта летающая тварь не бежала, а стремилась сражаться.

Это было даже интересно. Эти монстры отличались акцентом на стихию земли, которая даровала повышенную регенерацию и прочность, однако при этом горгульи владели волшебством пламени. Их атаки огненными шарами возникали в воздухе вокруг них и стремительно неслись в цель, вернее в место, где я был всего секунду назад.

Однако с ростом силы эти существа приобрели и новое слабое место: магическое сердце, находящееся симметрично обычному. При его разрушении тварь мгновенно застыла бы, а её ядро превратилось в камень.

Я проверил, всё обстояло именно так.

Вырванное живым сердце горгульи становится природным модификатором тела, позволяющим расширить способности к волшебству земли.

Этого не было на совещании, зато книги Тракова, которые я успел прочитать, изучить и запомнить до изолятора, были сейчас очень полезны.

Кроме сердца, которое при разрушении испускало волну окаменения, в горгульях ценилось очень многое, но в первую очередь глаза. Для тела они были бесполезны, но это были внешне очень красивые камни, способные проводить волшебство. Это ценилось при производстве артефактов.

На горгулий охотились по очень многим причинам. Схожих видов, как и «огров», было не так уж мало. Среди гоблинов, чертей и некоторых других монстров подобные встречались нередко.

Однако «горгульи» развивались так же из орков, вампиров и драконидов. И ценились выше озвученные глаза и волшебные сердца в первую очередь именно из них. Для выхода на эту тупиковую ветку требовалось убить и съесть человека или просто сородича со склонностью к стихии земли.

Бесы практиковали как охоту на людей, так и убийство зазевавшихся собратьев. Так что предсказуемо, что среди них достаточно много горгулий.

Да и за убийство людей не мне их осуждать. Я убил намного больше, чем какой-либо из этих монстров.

Глупо отказываться от способа становления сильнее, который предполагал поедание сердца монстра. Тем более в отличие от ядра этот способ имел побочным только одно: боль.

Однако я добыл уже больше двадцати, но не ощутил роста силы.

Проблема была в таком простом факте, что я не мог проверить склонность к какой-либо стихии.

Ну, магия земли мне была не свойственна, зато у неё всё же был приятный бонус: кости становились прочнее.

Если я достаточно сильно подниму склонность, я должен стать выше, а база тела Олежи мощнее. В прошлом мире я добивался схожего эффекта при помощи весьма сложных алхимических рецептов, которые не влияли на волшебство, а давали только укрепление костей.