— Так ты «костлявая», Ангел Смерти? Совсем не таким я тебя представляла в этот раз… кхе-кхе… Что ж, я готова, — произнесла женщина и закрыла глаза.
Я пожал плечами.
Раз уж готова, что медлить?
Я достал из кольца яблоко и отправил его в вихрь.
Подошёл и аккуратно закрыл нос жертвы, приоткрыл ей уста и отправил фруктовое пюре в пищевод.
Только тут до женщины что-то дошло, но я уже успел получить обе цели: анализ способностей и начавший своё действие молотильный эффект.
— А? Кхе? Кхо-ах? Что? Что ты сделал? Где моя сила? Я перестала чувствовать пространство! — произнесла женщина.
Точнее уже девочка.
Я молча её спеленал и забрал кулёк, отправившись на выход. Больше всего трудностей при этом доставил ворох волос, которые были в длину около трёх метров.
— Теперь ты ученица номер пять, — заявил я.
В следующий миг её аура стабилизировалась.
Как я и думал, теперь она была на уровне Феофана по объёму. Нет, где-то три четверти от его мощи.
Однако странность.
Розовый цвет?
Я скептически посмотрел на неё. Любовь так не возникает, это бред.
Стоп. А откуда от меня к ней розовая струна?
— Вот же *цензура*, грязный мракобес. Ведёт себя словно Ткач, которому плевать на чужое мнение! Взял, обратил и потащил, скотина! Псих! Ничтожество! Смерд! Олух! — возмутился ангелок с ярко оранжевыми волосами.
— Язык Феодории? Ты кто такая? — пробормотал я, хотя мозг уже понял всё, но я не мог поверить в подобное совпадение, граничащее с чудом.
Моё бормотание она не услышала за своими криками.
Глава 18
Я всегда не понимал смысла гаремов.
Хотя нет, вру. До встречи со своей женой Лилией в далёкие подростковые и юношеские годы я подумывал о том, что неплохо бы иметь много жён.
Однако стоило мне встретить драгоценность моей жизни, я, как Ткач, навсегда перестал воспринимать других женщин.
Сейчас же я не мог поверить, что огромный кулёк волос с маленькой девочкой на их конце пытался откусить мне палец, периодически переходя на мат на многих языках прошлого и этого миров. Вперемешку были русский, феодорийский, нихжанский, тибан, гномий, китайский, снова русский, эльфийский и многие другие.
Узнаю свою принцессу. Как только она начинала паниковать, её рот становился столь же грязным, как разум её родни или сельская дорога в распутицу.
Ну, её попытка раскусить мой палец выступила некоторой цензурой.
Телепорт сработал верно, не разделил меня и мою новую ношу.
От шока я отошел, только прилетев в подмосковный особняк, где остановился.
— … грязный торопыш! Никчёмный трутень! — охрипшим голоском продолжала девочка, временами снова вгрызаясь в мой палец.