— Ладно. Молодец, — похвалил я, взмахнул рукой и отправил предметы на столе в кольцо, после чего вернулся в свой кабинет и начал творить.

Спустя полчаса выполнения действий по алгоритму из справочника, передо мной возникла моя голая копия.

Отличия на самом деле были. Ни ядреной пыли плоти, ни артефактов, мускулатура менее развитая, рост всего около 180 сантиметров.

— Ну, мне его не выдавать за себя, — проворчал я, успокаивая собственный скепсис.

Похоже, какого-то ингредиента не хватило, так как двойник должен был обладать иллюзией одежды и артефактов.

— Ладно, что ты знаешь о себе? — спросил я.

— Я — дух по имени Виориё. Призван на время управлять этим телом в обмен на кровь, полученную при ритуале. Моя задача — запомнить и передать эффект и ощущение, что не будут видны и понятны внешнему свидетелю, — сообщил двойник.

— Так, хорошо. А можешь ты сказать что-то о ягодах и фруктах на белых листах уже сейчас? — уточнил я.

— Да, это странный плод, но напоминает крыжовник, — заявил дух, глядя на арбуз.

— Понятно, чувство юмора есть, но придётся пробовать. Ты знаешь другие языки, кроме того, на котором мы с тобой говорим? — уточнил я.

— Да, оказавшись в этом мире, я знаю все языки этого света!

— Понятно, — проворчал я. — Мы тестируем плоды с целью нахождения того, который позволит как раз понимать другие наречия.

— Ясно, — произнёс двойник и засветился стихией разума. — Всё кроме русского заблокировано! Но мне нужно немного крови для восполнения энергии.

Я молча разрезал руку и слил кровь в пробирку.

В следующий миг откуда не возьмись в комнате возник зелёный силуэт.

— Вся твоя кровь принадлежит мне! — заявила Снег прямо в лицо моему двойнику, собиравшемуся пить.

— Кхм, я здесь, — сообщил я.

Моя орчиха уставилась на меня, потом на Виориё и проворчала.

— Подделка слаба, но запах не отличается от твоего, а внешность такая была у тебя много лет назад, — заявила зелёная.

— Ну, как знаешь. Иди ко мне, — заявил я и схватил свою Снежинку воздушными лентами, аккуратно посадив к себе на колено.

— Я уже говорила, пока нельзя, — сухо произнесла орчиха и попыталась вырваться.

— Ничего с тобой делать не планирую, — сказал я и показал разрез на руке, который искусственно не заживал.

В следующий миг она начала пить мою кровь, но быстро прекратила.

— Б— … — произнесла она, заткнула рот ладонью и выбежала на улицу, пускать кровавую радугу.

— Пустая трата драгоценного продукта, — заявил мой двойник несколько осуждающе.

— А, неважно. Пробуй первую ягоду, — проворчал я.

Он взял плод травы, кажется, подорожника и бросил в рот.