В дверь раздался стук (секретарь уже давно ушла домой, просто он был не из тех руководителей, которые держат подчинённых до тех пор, пока сами не уйдут).

— Войдите, — сказал хозяин кабинета.

В открывшейся двери показалась голова Альбертика.

При виде своего бывшего заместителя Иван Аркадьевич поморщился.

— Разрешите? — спросил Альбертик, сделав вид, что не заметил реакции шефа.

— Что-то срочное? — довольно неприветливо спросил Иван Аркадьевич, но выгонять не стал.

— Согласовать нужно, — смущённо замялся Альбертик.

После того случая с превышением полномочий, пока идёт служебное расследование, Альбертика отстранили от руководящей должности, однако он продолжил исполнять обязанности, связанные с несколькими производственными направлениями. Понимая, что положение у него хуже некуда, был он ниже травы, тише воды.

Вот и сейчас не стал показывать гонор и положил перед Иваном Аркадьевичем листок бумаги.

— Что это? — поморщился шеф, закуривая сигарету.

— Это предложение для метрологов, — с готовностью ответил Альбертик, — мы в этом квартале обязались выполнить план поверки оборудования досрочно. А если мы сделаем именно так, то не только досрочно выполним, но и перевыполним наши обязательства на триста процентов.

— Хм… а ведь неплохо, — вчитался в отпечатанные строчки Иван Аркадьевич и выпустил струю дыма, — а нас потом не обяжут каждый квартал выдавать такой процент?

— А мы не будем вносить в основной план, — хитро ухмыльнулся Альбертик.

— Ну что же, неплохо, очень даже неплохо, — сдержанно похвалил Иван Аркадьевич, и, демонстрируя, что Альбертик еще не в фаворе, хмуро добавил, — у тебя всё?

— Нет, еще один момент, если позволите, — сконфузился Альбертик и быстро добавил, — у нас последняя партия монорельсовых балок поступила с браком. И замять это дело не получится. Чтобы не подставляться самим, предлагаю вернуть всю партию обратно и потребовать замены, в рабочем порядке.

— А как это провернуть, чтобы никуда «наверх» не вышло?

— Ну смотрите, они нам еще консольные двухплечевые краны должны поставить, поэтому ссориться не захотят. Я могу съездить к ним и переговорить тихонько.

— Ну, попробуй, — вздохнул Иван Аркадьевич, чуть смягчившись.

— Я сделаю! Всё сделаю! — с готовностью закивал Альбертик, — Вот только…

— Что? Не юли! — рассердился хозяин кабинета, который сильно устал за этот нескончаемый рабочий день. А тут донимают непонятно чем.

— Да вот… Есть один момент… нужно же у Лидии Степановны согласовать, — потупился Альбертик.

— Ну так и согласуй.

— Ну… понимаете…

— Что ты мнешься, как баба?