— Не ставить нас всех в сложное положение. Я готов заплатить вам, если вы добровольно откажетесь от титула в мою пользу.

— Только от титула или всего наследства?

— Только от титула. Акции корпораций, конечно, ценны, но боюсь, что это слишком сильно ударит по нашим карманам. Нет у меня свободных ресурсов, чтобы выкупать их у вас прямо сейчас, но в будущем, если всё-таки появится такое желание, я готов дать справедливую цену. Всем же будет лучше, если накопленное имущество рода Добронравовых останется внутри рода, а не будет роздано чужакам.

Я задумался. На самом деле его предложение действительно неплохое и меня устраивает. Я избавлюсь от довольно обременительного титула, ведь по сути я стану губернатором всего московского княжества, и все проблемы лягут бременем на меня. Потяну ли я это? Хороший вопрос, ведь за все свои годы я старался держаться от политики подальше.

— Я предлагаю вам восемьсот миллионов рублей, это очень большие деньги.

— Действительно, — согласился я. — Очень щедрое предложение, но увы, я вынужден отказаться.

— Что?.. Граф, прошу, подумайте… Если вопрос цены, я могу продать часть активов и увеличить сумму до одного миллиарда.

— К сожалению, это не вопрос цены, Семён, — вздохнул я. — Это вопрос желания моего брата. Если бы он хотел передать титул вам, то он бы это и сделал, но раз он передал его мне, то я собираюсь исполнить его последнюю волю. Не уверен, что из меня получится такой уж хороший великий князь московский, но приложу все силы, чтобы им стать.

— Нет, нет, стойте…

И в этот момент я что-то ощутил, словно где-то в груди что-то едва заметно вспыхнуло. Прислушался к ощущениям и внезапно осознал, что это Свет. Незначительная его крупица источала тепло, и оно плавно расходилось по всему телу.

Искра созидания…

— Ох, Слава… Так вот оно что… — пробормотал я, улыбнувшись.

— Что?.. — не понял патриарх Добронравовых.

— Нет, ничего. Вы вряд ли поймете, — покачал я головой.

Слава передал мне не только титул, но и Искру созидания, которую так долго формировал. И ведь он действительно был в шаге от вознесения: прожил восемь сотен лет, сложил о себе множество легенд, большая часть страны восхищалась им, почитала его и уважала. И длилось это так долго, что он почти сумел сформировать Искру созидания, и будь у него ещё десяток другой лет, он бы действительно стал богом. Но у него их не было, вот он и привязал не сформированную искру к титулу.

Стоило мне решиться и заявить, что я принимаю его, как она стала частью меня.

Миг спустя все вокруг словно замерло, а Семён Добронравов вообще исчез, и вместо него появился другой человек. Слава, но вовсе не как старик, а как молодой парень, очень похожий на меня, только с бородкой.