Я отбросил все роившиеся в голове мысли, но голос Джонаса прорвался сквозь толщу звуков.
– Черт возьми, Мира. Что ты творишь?
Глаза принцессы моментально остекленели, а кончик ее пальца коснулся заостренного уха Тэйта. Кузен выглядел мертвенно-бледным, как зимнее небо, а после, стоило Мире провести ладонью по его груди, угрожающе зашипел.
– Не такой уж ты и страшный, правда, морской фейри?
Черт возьми, она только что попыталась ущипнуть его за ухо.
Казалось, что стоявший столбом Тэйт вот-вот схватится за нож и перережет себе горло.
– Филиб, прекращай свою песню! – От рокочущего голоса Маэлстрома затряслась над головой люстра.
Боги, эти треклятые морские певцы.
Песни Королевства Вечности, едва слышимые для морских фейри, были сродни скрежету в затылке. Морские певцы не обладали властью над земными фейри, отдававшими предпочтение женщинам, но поставь этих же мужчин или женщин рядом с сиреной, и они покорились бы точно так же, как принцесса.
Виновник произошедшего рухнул на колени.
– Простите меня, – прошептал он. – Просто… прошло уже так много лет с тех пор, как кто-то могоценить мою мелодию.
Преодолев разделявшее нас расстояние в несколько шагов, я схватил морского певца за копну густых золотистых волос.
– Земная фейри находится под моей личной защитой. Сыграй для нее еще раз, и это будет твоя последняя песня.
– Да, ваше величество.
Стоило мне отпустить волосы, как морской певец бросился прочь из комнаты. Транс Миры постепенно ослабевал, но Селин все еще продолжала отдирать ее от Тэйта.
Сузив взгляд, принцесса спросила:
– В чем дело, морской фейри? Ты такой могущественный, думаешь, не справлюсь? Не забывай, яспасла тебе жизнь.
– А теперь я спасаю тебя. Не теряй рассудок, женщина, помни о том, кто мы. – Тэйт крепко сжал кулаки, словно он боролся за сохранение личного пространства.
– Мы вечно подшучивали над морскими певцами, – заметил Джонас, – никогда бы не подумал, что они такие сильные.
– Не стоит их недооценивать.
Такими темпами все решат, что я претендую на каждую чертову королевскую дочь, как когда-то претендовал на Ливию, чтобы уберечь их рассудок от морских песен.
– Подобное случилось и с Ливией, – произнесла Селин, усмехнувшись, как только транс Миры полностью развеялся и принцесса, раскрасневшись, в смущении зарылась лицом в ладони. – Вытягивает подсознательное желание. Она не могла оторвать свои чертовы руки от короля.
– Но я не желаю его, – настаивала Мира, искоса поглядывая на Тэйта, подошедшего к Алексию.
Селин хитро подмигнула и слегка похлопала ее по плечу.
– Как скажешь, земная фейри.