Живучий парнишка, демонстрируя чудеса стойкости, бросил один из своих клинков. С трудом обеими руками удерживая последний. Сейчас напротив него стояло настоящее чудовище. Беспощадное, оно не спешило завершать их поединок, требуя, как и все собравшиеся здесь, крови. Его крови…
— Хватит… — опустив свой последний меч и пятясь перед наступавшей угрозой, едва слышно произнёс парень. — Прошу… — перебирая окровавленными ногами и стараясь не споткнуться об какой-нибудь залежавшийся камень, добавил тот, но его никто не слышал.
— Я сдаюсь! — бросив оружие и обеими руками схватившись за горло, прокричал парень. Но окружающие не услышали и звука.
Когда клинок Глауда вознёсся над головой Эрэна, при помощи перемещения наставница Дэйда едва успела в последний момент спасти жизнь одному из своих учеников.
Мощный удар и последовавшее за ним онемение в руках и предплечьях сильно удивили наставницу, и та с неподдельным ужасом взглянула на Глауда. Только что парень использовал магию. При этом не сказав ни слова?
Трясущимися от напряжения руками Гора отвела удар в сторону, а после, прижав потерявшего над собой контроль ученика к груди, произнесла:
— Всё кончено, Глауд, ты победил.
Тишина повисла над ареной и опустившимся на колени Эрэном. Сегодня впервые за десятилетия кто-то не просто восстал против порядков, созданных знатью, но и сумел при всём этом выйти из сложной ситуации победителем.
— Глауд победил! — вскрикнула кучерявая девчонка на трибунах.
— Вот он, наш чемпион! — поднявшись с места, также выкрикнула Жозефина, поддерживаемая звучно захлопавшей в ладоши Каей.
Именно так — под овации и редкие выкрики собравшихся на трибунах учеников — начал меняться весь север.
Глава 21
Кабинет деректора Академии Тэтэнкоф, Рубии Тэгенов.
— Я требую немедленного отчисления этого оборванца, а также порки и прилюдных извинений, он опозорил наш священный род! — грозно стукнув кулаками, потребовал мужчина, носивший солидный костюм главного слуги семейства Штольцгеров.
— Боюсь, это невозможно. Глауд победил в честном поединке. И тому больше четырёх сотен свидетелей, — глядя на рухнувший со звоном перед собой мешок с золотом, категорическим отказом ответила директор Рубия. — Или вы хотите опозорить имя нашей академии так же, как ваш отпрыск опозорил ваше?
Старая шестидесятилетняя Тэгенов, являвшаяся младшей сестрой местного бургомистра, сполна успела насытиться аристократическими замашками и выкрутасами учащихся в её академии. Ведь именно из-за подобных «законных требований» она, ещё будучи учащейся, после победы в дуэли была так же «справедливо наказана», из-за чего и по сей день вынуждена ходить с костылём, заменявшим оторванную конечность.