Во всём нужно искать баланс. И сейчас интуиция подсказывает мне, что правильнее будет согласиться. Да и отдохнуть, может, в кое-то веке получится.
Глава 2
Мы бежали со всех ног, наугад продираясь сквозь густую высокую траву и рискуя эти самые ноги себе переломать. В руках своих я тоже держал ноги, но не свои. Короткие и зелёные, с кривыми жёлтыми ногтями на пальцах и россыпью бородавок чуть ниже колен. Выше я старался не смотреть, сосредоточившись на текущей задаче — не дать этим ногам вырваться, попутно меня лягнув.
Вторую половину нашего трофея тащил Макс. Но ему было проще, так как он держал менее сильные и от того не такие подвижные сейчас руки. Да и развёрнут он был по ходу движения, а значит имел возможность не лицезреть эту не самую завораживающую картину.
— На кой кому-то вообще сдалась эта гоблинша? — тяжело дыша, спросила Вика. Она бежала параллельным курсом, периодически разворачиваясь и пуская стрелу в наших преследователей.
— Может это их принцесса, — не оборачиваясь предположил Макс, тоже пыхтя от натуги. — Вон какая красотка, скажи же, Дэм.
— Лучше заткнись, — рекомендовал ему я. — Или давай меняться.
— Нельзя терять на это время, — замотал тот головой. — Как схватились, так и бежим.
Да уж, в тот момент я даже не задумался о таких нюансах. Как и о том, какой удар это способно нанести моей психике.
— Вот какого хрена вы её вытащили оттуда голой? — всё-таки спросил я.
— У нас, знаешь ли, не было времени её одевать, — парировала Вика. — И мы не знали, что ты такой чувствительный.
— Она принимала омовение, — чувствуя моё раздражение, пояснила Хель. — Судя по всему, ритуальное. Там мы её и выкрали.
— Похоже, ритуал этот для них очень важный, — озвучил свои мысли Макс. — Раз они решили гнаться за нами всем своим табором.
Парень, конечно, преувеличил степень вовлечённости жителей немаленького такого поселения в этот процесс. Но преследующих нас гоблинов было действительно много. Настолько, что шансов расправиться со всеми ними разом у нас просто не было. Да и не стояла у нас в планах задача заниматься локальным геноцидом местного населения. Так что Вика отстреливала только тех, кто приближался слишком уж близко, и по моей просьбе даже старалась не бить по жизненно важным органам. По крайне мере, я делал вид, что в это верю.
— Хель, ты можешь её вырубить? — спросил я, имея ввиду нашу ношу. Та не только брыкалась, но и не переставала противно голосить на всю округу.
— Я такого не умею. Только если замучить до полусмерти. Тогда, скорее всего, она потеряет сознание.
— Такого нам не надо. Мы ещё не знаем к кому и зачем её тащим.