— Вениамин врёт? — это надо знать для своих последующих действий.
— Нет. Ты удивишься, но этот мир сильно изменился с момента появления монстров. Я бы сказал — он стал куда более прямолинейным. Намного меньше интриг и больше доверия друг к другу. Не думай, что в райских садах очутился, но Вениамину и его роду можешь доверять. Пусть с оглядкой, но доверять. Всё, готовься, тебе пора возвращаться обратно, — решил демон прервать нашу беседу.
— Как тебя зовут? — хочу попробовать получить ответ на последний вопрос.
Мир начал плыть перед глазами, демон исчез, но его голос доносился до меня сквозь непроглядный искрящийся туман.
— Когда-то меня путали с Зевсом, иногда — с фавнами, некоторые звали меня Огненным змеем. Меня можно встретить в произведении Гёте, пусть интерпретация мне и не понравилась. Мне всегда импонировал Приап. Я — единственный во Вселенной инкуб, лучше всего обо мне писал Бинсфельд. Я — Асмодей.
Глава 9
— К сожалению, вынужден Вам отказать.
Мне не пришлось даже кривить душой, выдавливаю из себя эту фразу. Несмотря на объяснения демона, мне очень сильно хотелось оказаться в защищённом от монстров месте. Там, где тёплая постель, вкусная еда и нет плохих парней, пытающихся изнасиловать мою девушку.
— Что ж… Это Ваш выбор. Помните, мы будем рядом и постараемся прийти на помощь в любой ситуации, — откланялся Вениамин. Не прошло и тридцати секунд, как он исчез из поля зрения.
— Какие планы? — поинтересовалась Алиса, подойдя ко мне на дрожащих ногах.
— Можно свалить отсюда в место, где никто не знает о наших обязанностях в «службе». Но есть пара причин, по которой я не могу этого сделать. Поэтому буду сидеть и ждать, пока меня отсюда заберут. У тебя, кстати, таких ограничений нет.
— Куда ты, туда и я! Давай отойдём, тут так воняет…
Перед тем, как мы свалили в сторону, обошли поле, пытаясь отыскать живых людей. Все мертвы, поэтому мне пришлось вернуться к тяжелым раздумьям, пытаясь отфильтровать речь демона.
Блин, чем дольше я о ней думаю, тем сильнее мне хочется поверить в слова Асмодея! Или он великий лжец, умеющий предугадывать, что хочет услышать человек, либо в его словах много правды.
Уж слишком хорошо эти речи ложатся на происходящее. Моего предка путали с Зевсом — у его потомков великолепные способности к управлению электричеством. Романовы установили купол, куда проще стало со вторжениями.
«Чёрт!», пронзила меня внезапная догадка. Что, если мне так хочется поверить в его слова, ибо потенциальная должность «спасителя мира» застелила мне глаза!
Давайте будем честны, кто из нас не хотел оказаться избранным? Не той серой массой, что тяжело просыпается в шесть утра, одевается и шурует работать до семнадцати часов. День изо дня. Месяц за месяцем. Из года в год. Мы смотрим фильмы и читаем книги о «избранных», играем, управляя главным героем во всех играх, руководя странами и планетами, отправляя на смерть миллиарды существ, пусть они и являются байтами информации, сохранёнными на жёстком диске.