Между тем в стране, после того как на троне Генерального секретаря ЦК КПСС утвердился бывший хозяин Лубянки жило ожидание перемен. Никто не знал, что правление Андропова на которого сейчас возлагалось столько надежд продлиться всего всего лишь пятнадцать месяцев из которых, он едва ли не половину проведет в палате ЦКБ. И, что восемнадцать лет правления Брежнева, про которого рассказывали сейчас массу издевательских анекдотов, через три десятилетия, будет расцениваться как едва ли не «золотой век» в истории СССР. Да и сама фигура Брежнева за эти же тридцать лет претерпит большую метаморфозу в своей оценке. Как у профессиональных историков, так и у простых обывателей.

Но впрочем до наступления этого времени было еще очень и очень долго.

Тем временем уже наступил декабрь. Последний месяц 1982 года, часть которого по воле судьбы или какой-еще высшей силы я проживал во второй раз. И вот в первых числах этого месяца Сомова как-то очень здорово озадачила меня.

Все началось с того, что она раз подошла ко мне и сказала:

— Слушай, Виктор, я вспомнила одно очень важное и срочное дело. Нам непременно надо поговорить. Дело такое, что отлагательств не терпит. Ты сегодня свободен?

— После занятий свободен как ветер. А в чем дело? Надолго это? Если не долго то мы могли бы посидеть в кафе- мороженное и поговорить. А если надолго…

— Хорошо. Кафе — мороженное я думаю подойдет. Давай после занятий зайдем туда.

После занятий мы направились в кафе. Я сказал Сомовой, что очень доволен поведением Потоцкой так чего греха таить опасался немного своего рода преследований с ее стороны. Алена в ответ замотала головой и сказала мне:

— Зря ты так думал. Вика совсем не из тех. Она не будет никому набиваться в подруги. А уж тем более не будет подключать как будут говорить в будущем «административный ресурс». Она будет рыдать в подушку, молча страдать, но не более. Так что можешь не беспокоится. Я же говорила тебе, что по своей сути Вика добрая и не лишенная благородства девушка. Кстати никаких мелких и крупных пакостей при возможности она так же строить не будет. Этого ты можешь тоже не опасаться.

В кафе Алена взяла себе мороженное, я опять ограничился молочным коктейлем. Кивнув на мороженное я заметил:

— Как считаешь действительно в СССР самое вкусное в мире мороженное, как будут утверждать в будущем? Причем делать это так часто, что это превратится пожалуй в общее место.

— Мороженное как мороженное. В будущем будет попадаться не хуже. А о «самом вкусном в мире мороженном» кто говорил и писал? Такие же старперы как мы с тобой. И говоря о мороженном они в первую очередь вспоминали свою юность и молодость. А в ту пору как известно и трава была зеленей и солнце ярче светило. Поэтому я стараюсь на утверждения подобного рода особенно внимания не обращать.