— Искусница…
— Пиз… Ну и замечательно, — бодро выдал я. — А никто не знает стойкость к детонации? — небрежно спросил я.
— Да вроде небольшая у этой херни, да ещё отдельные блоки. Даже тестировали, — выдал Могильщик. — Подрывается одна мина, на её месте торчат ещё две, целые. И потом подорвать можно.
— Да, припоминаю, — мысленно выдохнул я. — Искусница, скажи мне, будь любезна — нахера СТОЛЬКО взрывчатки?
— Круто, да? Прямо как в «Бешеных Взрывателях»! — выдала шалая баба.
Я на это задумался, стоит ли с рёвом «лови психопатку!» накидываться на пилота. Выходило, что делать так нихера неправильно, да ещё и опасно, звиздец как.
Потом вспомнил летящую в дымопыльном небе Эгиду, и вынужден был сказать:
— Ну вообще — круто. Но на будущее как-то умерь свои аппетиты, да. И, надеюсь, ты всё сразу подрывать не собираешься?
— Ну я же не дура, Краб! — натурально возмутилась девица. — Тут одна воронка останется!
— Понимает, это хорошо. Но ты присмотри, на всякий случай, — личным чатом скинул я Коте.
— Присмотрю. А вообще — похоже на «Бешеных Взрывателей», так же круто!
Самому что ли поиграть, задумался я, но был пнут сам собой, напоминающему себе о куче дел. И даже в отдых — лучше с девчонками.
В общем — и вправду, лучше, признал я, возвращаясь к наблюдению.
На месте нахрен снесённого взрывом дымопылевого облака была воронка, не более полуметра глубиной — смешной размер для того, как тут рвануло. Более того, в десятке метров от эпицентра две мины, судя по командирской тактической карте, были активны и готовы к подрыву. Ну, значит Искусница и вправду искусница, а дергаться из-за «мы все взорвёмся!» смысла нет.
Вражины же, пусть невидимые толком, явно подбирали челюсти и тёрли глаза — четыре Доса, штурмовики и щитовой накрылись в секунду.
И думали они, что им, подлым, с такими замечательными нами делать.
Глава 26
— Готовимся, возможно сейчас будет полноценный штурм, — озвучил я в боевой чат.
Так-то все всё понимают, но лишний раз сказать не лишнее. Ещё с писарских времён знаю — всегда найдётся долбоклюй (и совершенно не обязательно долбоклюй по жизни — просто вот именно в данный момент проникшийся долбоклюйством) который витая в мыслях своих, всё забыл, не готов и вообще.
Правда, вражины в атаку что-то не спешили. Более того — через четверть часа Котя сообщила о вызове со стороны врагов.
— Хм, ну соединяй, послушаем, поглум… побеседуем, в смысле, — решил дипломатичный я.
— Сдавайтесь нах! — дипломатично оповестила меня рожа Рыбака по связи. — Досы сдадите, убивать не будем. Валите из системы нах!