И побежали мы к комплексу. От тактической карты толку уже не было — началось рубилово, в котором времени на отслеживание и обновление не было.
На бегу я увидел жопу артиллеристской платформы, а спустя секунду — ещё одну.
— К бою! — бросил я, ускоряясь, ну и запрыгивая на ближайшую, пробивая клешнёй башню, а разгонником сшибая вторую.
И тут надо было спрыгивать, но впереди виднелась жопа Разрушителя. Хм, ну вариант, оценил я.
— Зачистить тут. Я вперёд, — бросил я в чат, врубая прыжковый движок.
И шмякнулся, звякнув магнитными захватами о корпус сотрясаемого отдачей Разорителя. Чуть ослабил захваты, спустившись пониже, ну и занялся художественной работой клешнёй по броне. Полминуты хватило, чтобы реактор отстрелило. Пилот, по-моему, даже не заметил что с ним происходит, до отстрела реактора.
Разоритель качнулся назад, но тяжёлые стволы перевесили, и стал он рушиться мордой вперёд, весьма удачно для меня.
Так что по нему я просто пробежал, уже видя в просветах дымопылевой пелены комплекс.
Где было месилово — разрывы, вспышки лучей. Пришлось пробежать ещё полсотни метров, постреливая разгонниками подвернувшихся вражин, чтоб оценить всю картину.
И сражение в общем — шло вполне удачно. Пять вражеских тяжей в строю успешно разносились, как и оставшиеся средние Досы с платформами.
А вот одна частность мне ОЧЕНЬ не понравилась.
Потому что Рексенсер в общем бою не участвовал. А целенаправленно разносил основания и ворота центра управления. Турелей не было, народ на него… просто не обращал внимания. А центр…
Это Котя в небоевом Досе. Это Искусница, в Громовержце, тоже Рекскенсеру на одну клешню. Это Нади наверху, откуда она просто не может с этой скотиной ничего сделать. А будучи сбитой сверху — не сможет вдвойне.
Вдобавок, под ногами Рекскенсера валялся сломанной игрушкой средний Дос — Аспид. А в приподнятой клешне находился ложемент, происхождение которого вопросов не вызывало.
В общем — неприятно, звиздец как. Мозги окатило ледяной водой и стал я прикидывать, что и как могу сделать. Рекскенсер чертовски защищён, разгонники — херня, не успею нанести вменяемый урон. Резаки, разве что, но лучше…
На этом я врубил прыжковый двигатель, метя в заднюю часть «панциря» Королевского Краба.
Впечатался, зафиксировал себя магнитными захватами и врубил резак, как дятел долбя толстую броню клешнёй. Броня поддавалась, но чертовски медленно.
А Рыбак-скотина клювом не щёлкал. Перекрутил гигантскую клешню Рекскенсера и стал ей в меня тыкать, паразит такой! Еле успел наколдунствовать защиту корпуса. Не без иронии мысленно отдав честь скушенной левой, чтоб её, ноге.