Так что рыбачий вопрос надо решать, решать самому и сейчас.
— Записывай, рак. Но запись сохранится на моём комме и в борткомпьютере Кистеня. Доступ только у меня и Дживса.
— Слушаюсь, главнокомандующий Краб.
И вошёл я в одиночку, где дрых на полу Рыбак. Впрочем, захват клешнёй зашкирку и вздёргивание его на ноги быстро дядьку пробудили.
— Привет, Рыбак, — поздоровался я.
— Краб… ну… так вышло… — жалко улыбнулся он.
— Пойдём, Рыбак, — потянул я его.
Дядька сопротивлялся не особо, тянулся, а вскоре сгорбился и пошёл сам.
— Знаешь, Рыбак, — начал я, а то уж очень гнетущей была тишина. — Я к тебе очень неплохо относился. Ты классный пилот, я хотел звать тебя в Клешню — до момента, как узнал что ты такой засранец, конечно. И не пошёл бы ты ко мне — нормально бы к тебе относился. Да даже хер с тобой, — махнул я свободной клешнёй. — Ну не понравилось тебе что-то, стал мне гадить. Бывает, отработал бы, как отработают остальные пленники. Но понимаешь, Рыбак, в чём дело, — втолкнул я дядьку в отсек-кессон. — Ложемент моего человека. Раздавленный тобой.
— Краб, я…
— Прощай, Рыбак, — произнес я, разряжая в голову пилота лазерник. — Тело утилизировать в вакууме. Запись сохранить, но, пока никуда не транслировать. Придумаю, как использовать это позже. Война-войной, но я донесу до этих пидарасов, что нельзя вот так просто взять и раздавить моего человека!
— Слушаюсь, главнокомандующий Краб.
И попёрся я на мостик. Вот вроде и… жестокий поступок, но правильно всё сделал. Тут вопрос сложный, неоднозначный. Это не разнесённый в запале Помидором ложемент — а казнь пилота, главы противостоявшего отряда. Так что вариант, где Рыбак просто «погиб во время боя при невыясненных обстоятельствах» — был бы лучшим, если бы не одно «но». Любая сволочь в обитаемом космосе должна знать, что неоправданная жестокость карается! Быстро, мощно и с проворотом!
Уже в гипере народ потихонечку отсыпался, начав праздничные попойки и прочее. А я, без деталей оповестив девчонок и Котю, присоединился к Лори. Наш механик отложила трофеи в сторонку, занявшись ремонтом текущих Досов. Ну и я ей помог, несколько ужасаясь куче трофеев. Это ж, блин, мне колдунствовать не переколдунствовать!
А спутники-регистраторы, обвес на продажу, да гребучие ангары и бункеры, которые мы набрали из уже сделанных заказов — никто не отменял!
Блин, как бы откосить-то, бешенно бегали мысли. Но я превозмог, поправил фуражку с крабом, и напомнил себе, что раз собой назвался — надо клацать клешнями до победного, а не сопли жевать и по норкам прятаться!