Почему корп и вякал своим гориллам «наши пилоты», кстати: из дюжины Досов силлиумовские лишь четыре, считая меня. А есть несколько «независимых пилотов» и несколько наймитов «конкурентов».

Сама же схватка проводилась раз в месяц, была довольно дорогой и «кочевала» по аренам компаний.

И, в рамках снятых ограничений на тоннаж, для схватки возводилась полноценная городская застройка, разносимая, как понятно, в щебень в процессе боя, но каждый раз отстраиваемая. За счёт этого, кстати, не раз и не два (хотя реже, чем тяжёлые противники, безусловно) победителем Схватки оказывались малые Досы.

Ну в общем такое значимое и весьма денежное мероприятие, обогащающее «компанию принимающего», невзирая на крупные расходы на Арену. А сейчас, психанувший Навий вообще поставил чуть ли не половину оборотных средств Силлиума на мой проигрыш, через подставных лиц.

И это хорошо, мысленно потирал руки я, заканчивая разминку и связываясь с Дживсом, мол, пора.

Призрак без стальной плоти в компьютер наблюдения вселился, подготовленные программы ввёл, так что камеры в нашем цеху стали исправно показывать жрущего толстого. Конечно, если его захочет кто-то увидеть — может быть неважно, но таких уникальных событий при мне и не случалось толком. Навий уже с механиком связывался, да и симулирует толстого программа, если что. В общем, потенциально опасны для наших планов только «личные визиты», да и то не фатальны: просто Дживсу больше геморроя с камерами будет, а у нас появится не один отдыхающий.

— Камеры под контролем, сэр, программа активирована, — оповестил меня Дживс.

А я пошёл желать доброго утра толстому, скривившемуся при виде меня и получившего в грызло: а не хрен мне рожи корчить.

Привязал я жирдяя к стульчику в закутке — если не приглядываться, то можно принять за задремавшего, вздохнул, да и попёрся к «Кистеню», по пути прихватив тройку силлиумовских роботележек, «по приказу самого господина Навия!» убедительно помахивал я справкой с четырьмя печатями.

В причальном трюме Кистеня меня уже ждали крабские причиндалы, взамен ареновского барахла. Клешни моей, замечательной, конечно, не было — пропала, блин, цифровых следов не оставив, но разгонники, щиты, нормальный ложемент пилотский — всё присутствовало. А, главное, по правилам Схватки, даже «устным» — я ничего не нарушал, это было на «усмотрение пилота». Так-то пилоты корпов продолжали воевать на хламе, правда с лучшими боеприпасами, а вот независимые — и ложементы нормальные и вообще.

— Страшновато, — подала голос Лори, забираясь в контейнер. — Как в саркофаг.