Но в целом — вышло более чем здорово, а я и не замечал ранее, как мне не хватало ощущения боя! А капитанша была в прекрасной форме, с хорошей реакцией… В общем — хороша. Растяжка, правда, хромала, что объяснялось слабой работой ногами, ну и боксёрская техника… Впрочем, через час от начала «проваливаться» она перестала, и несколько раз меня чувствительно «подловила» без поддавков.

— Здорово, Краб, — сияя глазами выдала Нида, в этот момент ставшей просто красавицей. — Я потренируюсь с тобой ещё?

— Как я и говорил, Королева — в свободное время, — улыбнулся я в ответ.

Проводил партнёршу до выхода, ну и вернулся в мастерскую. Лора с Крабом закончила, но накинулась на меня как коршун «какая она?» и прочее. Реально фанатка, хмыкнул я.

Ну а со следующего дня началась рутина, с плотным графиком для меня и Лори: высадка, я вбегаю в центр, кручусь как уж на сковородке, стараясь прибить как можно больше роботов до того, как внешнее покрытие разрушится и выбегаю из него. Не всегда получалось, один раз даже выкатился с отказавшей ногой «Краба» — очень удачно для них и неудачно для меня роботы поймали сочленение в слаженный залп. Но, в целом — зачистка шла.

Причём получше, чем у коллег: утыренная Дживсом запись показала, что они «не рискуют» и не маневрируют. Зашли в центр, пристукнули робота (и не всегда) и бегом к механику.

Я же делал два захода в день, прибивая четырёх, а иногда и пять роботов. В общем, за месяц справлялся, хотя работа выходила как нудная, так и опасно-нервная.

Но Лори поднимала настроение в койке, Нади — на тренировке, подхватывая уроки на лету и в спаррингах во время ремонта Краба я стал ловить кайф не от «хоть какого-то партнёра», а непростого и интересного. Ну а я сильнее всё же был, что пусть и самому казалось немного смешным, но самооценку и настроение поднимало.

Так продолжалось три недели: ежедневная «прополка» центра, в среднем раз в три дня приходила на тренировку Надин.

Но роботы в количестве уменьшались, так что задерживался я с каждым «заходом» в центре всё дольше, уничтожая всё больше роботов. И, выходило, что остался их десяток, на один, максимум два захода, то есть один день.

И, на спарринге, вечером я был в приподнятом настроении, с трудом удерживаясь, как бы не похвастаться — реально была гордость за выполненную работу. Но удерживался — и чистое мальчишество, да и вот сломаю я, например, завтра эти гребучие стены, над которыми как над писанной торбой трясся. И сломается этот сраный комп…, задумался я, получил подсечку и оказался на спине.

А на меня упала Нади, блокируя руки, напряженно вглядываясь… И вдруг вцепилась в меня поцелуем.